Мурат Лаумулин: Пределы и возможности евразийской интеграции

09:09 26-04-2019

В апреле этого года в Республике Казахстан, наряду с другими государствами ЕАЭС, отмечалось 25-летие знаменитого выступления Президента Республики Казахстан Н.Назарбаева в Московском государственном университете им. М.В.Ломоносова, в котором наш лидер впервые выдвинул идею создания Евразийского Союза. И только спустя два десятилетия эта идея воплотилась в жизнь.

Евразийский экономический союз (ЕАЭС): цели и предназначение

ЕАЭС – организация региональной экономической интеграции, созданная в 2015 году с целью выработать единую экономическую политику, а также обеспечить в рамках союза свободное движение рабочей силы, финансов, услуг и товаров. В настоящее время участниками ЕАЭС являются Армения, Белоруссия, Казахстан, Киргизия и Россия.

ЕАЭС остается важным интеграционным проектом как в экономическом, так и в политическом плане. Вместе с тем, высокие ожидания участников от евразийской интеграции пока не оправдываются. Среди главных проблем ЕАЭС отмечаются отсутствие институциональной дисциплины, а также значительное количество изъятий и барьеров во взаимной торговле.

Создание ЕАЭС стало возможным благодаря возросшей заинтересованности ряда стран постсоветского пространства в углублении сотрудничества на многосторонней основе, которому предшествовал ряд интеграционных проектов. При этом создание Таможенного союза и затем ЕАЭС сталкивалось с целым рядом проблем.

К основным факторам риска евразийской интеграции, в первую очередь в Казахстане и Беларуси, относят неодинаковую готовность евразийских государств в силу различия в уровне экономического развития и экономической открытости.

К наиболее важным задачам в рамках ЕАЭС эксперты относят необходимость расширения торгово-экономического сотрудничества. Казахстан, как и Беларусь, намерены получать дополнительные возможности для выхода своей продукции на российский рынок и обеспечить получение важнейших ресурсов по внутрироссийским ценам.

Участие Казахстана и Беларуси в евразийской интеграции определяется стремлением к оптимальному сочетанию возможностей всех стран и оценками проблем регионального развития. Кроме того, Казахстан и Беларусь рассматривают участие в ЕАЭС как средство получить доступ к российскому рынку для своих национальных производителей и привлечь в экономику дополнительные финансовые ресурсы. Армения и Кыргызстан рассматривают евразийскую интеграцию сквозь призму своих экономических проблем и геополитических интересов.

Позиция и интересы России в ЕАЭС

Москва исходит при осуществлении интеграционных процессов из ведущей, даже доминирующей роли России в ЕАЭС. В российском официальном и экспертном дискурсе евразийская интеграция рассматривается, прежде всего, как ресурс экономического развития, а также как способ стимулирования развития сопредельных государств.

Роль стран-участниц во взаимной торговле различна. Так, во взаимном экспорте доминирует РФ, на долю которой в 2017 г. приходилось 63,4% экспорта всех товаров в рамках ЕАЭС. Наименьшее значение объединенный рынок имеет для РФ – менее 10% экспорта РФ идет в страны ЕАЭС, и такую же долю в российском импорте занимают поставки из указанных стран. Однако в предшествующие десятилетия этот рынок играл более значимую роль для всех стран-участниц.

Уже за первый год существования единой таможенной территории статистика подтвердила неоспоримую выгоду снятия барьеров на пути движения товаров, опровергнув скептические ожидания противников евразийской интеграции. Так, общий товарооборот Белоруссии, России и Казахстана в 2011 г. вырос более чем на 1/3 по сравнению с аналогичным периодом 2010 года. Более чем на 40% выросла взаимная торговля внутри ТС, особенно на приграничных территориях.

Однако затем первые обнадеживающие цифры стали сокращаться. Объем взаимной торговли за январь-декабрь 2014 г. составил $57 млрд, или 89% от уровня соответствующего периода 2013 г. (в т.ч. между РК и РФ – 79%). За январь-сентябрь 2015 года цифры составили всего 74% к аналогичному периоду прошлого года.

В РФ признают наличие непростых проблем в сфере интеграции. Нетарифные ограничения, а также отсутствие реальной координации политик (макроэкономической, промышленной, сельскохозяйственной и далее по списку) – проблемы иного свойства, предопределенные институциональной рыхлостью евразийской интеграции. С переходом к созданию ЕАЭС и преобразованием Комиссии ТС в Евразийскую экономическую комиссию (ЕЭК) установлено абсолютное равенство всех сторон при принятии решений, в то время как доля РФ в финансировании бюджета достигла 88% в соответствии с ее долей в распределении доходов от поступления импортных пошлин.

Формальное уравнивание РФ с другими государствами ЕАЭС способно усложнить принятие решений и снизить темпы интеграции. Наделение всех членов равным количеством голосов и представительством в органах управления с предоставлением каждому права вето на решения наднационального органа резко усложнило выработку общей позиции. В результате затягивается формирование полноценного единого экономического пространства, завершение которого отодвинуто с 2017 на 2024 год. Расширение наднациональной бюрократии (число сотрудников выросло в 10 раз) повлекло удорожание работы наднационального органа – средние расходы на одно решение ЕЭК возросли более чем в 20 раз по сравнению с Комиссией ТС. И это притом что ЕЭК так и не приняла на себя функции инициирования решений (они по-прежнему вносятся правительствами), а также ответственности за их исполнение.

Пассивность бюрократической надстройки проявилась в размывании идеи формирования ЕАЭС с согласованием отраслевых политик развития, которые имеют ключевое значение для обретения союзом самодостаточности и конкурентоспособности. Проведение таких политик в конечном счете означает восстановление кооперационных связей при совместном производстве сложной продукции, востребованной и внутри объединения, и на внешних рынках. Синергия объединения усилий в промышленности и сельском хозяйстве – это 2/3 совокупного интеграционного эффекта (против 1/3, полученной от самого факта появления единой таможенной территории), а также неиспользованный ресурс экономического роста для стран союза.

Для повышения престижа и конкурентоспособности ЕАЭС на евразийской арене необходимо наполнить содержанием и другие форматы взаимодействия. Большую роль в реализации идеи, скажем, транспортных коридоров РФ – ЕАЭС (с последующим замыканием на магистрали, создаваемые в рамках проекта «Экономический пояс Шелкового пути» (ЭПШП). Намеченное сопряжение трансъевразийских планов ЕАЭС со стратегической инициативой ЭПШП требует трезвого расчета и прагматизма. Суперпроект «Один пояс, один путь», выдвинутый председателем КНР Си Цзиньпином осенью 2013 г., быстро превращается в несущую конструкцию новой геополитической и геоэкономической стратегии Китая.

Россия осмотрительно заявила, что готова на взаимодействие с учетом опорных многосторонних механизмов функционирования БРИКС и ШОС. Тем не менее, осторожность Москвы небеспочвенна. Пекин заинтересован в продвижении грузов через ЕАЭС без задержек на таможенных границах. Именно это должно стать содержанием переговоров и консультаций на всех уровнях. Однако, несмотря на стратегический характер партнерства КНР и России, торг о конфигурации меридиональных транспортных сетей будет очень сложным. Китай уже активно работает над развитием альтернативных трансконтинентальных маршрутов через Центральную Азию и Закавказье. Стремление Пекина к расширению транспортных связей западных регионов страны с внешними, в том числе региональными рынками пока негативно сказывается на российских интересах.

Являясь географическим ядром Евразийского континента и располагая экономически привлекательными транспортными коридорами, РФ пока проигрывает конкуренцию проектам «центральноазиатского транзитного звена» ЭПШП и серьезно отстает в борьбе за обработку международных трансграничных потоков. Накопившиеся проблемы грозят утратой сектора, стратегически важного для российской экономики.

По мнению российских экспертов, России следует исходить из следующих принципиальных соображений. Транзит является мощным интеграционным фактором, способствующим росту региональной торговли, увеличению иностранных инвестиций и реализации совместных трансграничных проектов. Приоритетное и опережающее развитие восточных областей РФ, особенно их инфраструктуры и человеческого потенциала, превращение этих регионов во второй политико-экономический центр страны. России и ее партнерам по ЕАЭС важно поймать «азиатский ветер» в «паруса» своего развития еще и потому, что маршруты, проходящие по союзной территории, будут способствовать увеличению объемов товарообмена между АТР и другими регионами континента. Россия могла бы переключить на себя значительную часть евроазиатских грузопотоков.

Утверждение РФ и ЕАЭС как ключевого транспортно-коммуникационного звена единой евразийской инфраструктуры позволило бы сблизить сырьевые и промышленные регионы РФ, способствовало развитию производственных комплексов и социально-экономической сферы на обширных восточных территориях. Получили бы интенсивное развитие железнодорожная, металлургическая отрасли, горнорудная промышленность, речное судостроение и судоходство, технологии энергосбережения, космические средства навигации, газовая и лесная промышленность, телекоммуникационные и другие технологии.

Москва признает (с критических позиций) наличие ряда противоречий между государствами-участниками ЕАЭС. Так, российские эксперты считают, что Казахстан, стоявший у истоков создания СНГ и ЕАЭС и считавшийся наряду с Белоруссией надежным союзником России, берет курс на Запад. В отношении Минска обращается внимание на тот факт, что Белоруссия начала геополитический разворот, заявившая о корректировке внешнеэкономической деятельности. Белоруссия хочет избавиться от зависимости от одной страны – России. Есть стремление диверсифицировать отношения, в том числе за счет развития связей с Европейским союзом и остальным миром. Президент А.Лукашенко заговорил о необходимости защиты белорусского информационного пространства от российского влияния. Минск сейчас активно торгуется за компенсации для себя, чтобы уравнять условия, в которых работают российские и белорусские НПЗ.

С одной стороны, требование, чтобы субъекты хозяйствования в ЕАЭС действовали в равных условиях, при равных ценах, чтобы могли справедливо конкурировать друг с другом, выглядит абсолютно логичным. Но, считают российские эксперты, Белоруссия оказалась подвержена «ресурсному проклятию» из-за беспошлинной торговли энергоресурсами с Россией. С другой стороны, все участники ЕАЭС, включая Беларусь, поставили свои подписи под документом, где свобода движения товаров ограничена изъятиями. В частности, изъятия эти касаются как раз рынка энергоносителей, и на равнодоходные цены договорились выйти к 2025 году. Таким образом, А.Лукашенко возмущается условиями, на которые ранее он сам согласился.

По отношению к Бишкеку делается вывод, что ставку на отношения с ЕС делает еще один член ЕАЭС – Киргизия. Президент С.Жээнбеков обсудил в Брюсселе новое соглашение о партнерстве с Евросоюзом в рамках стратегии «ЕС – Центральная Азия». Бишкек заинтересован в европейских инвестициях в приоритетные секторы экономики. Брюссель создает для этого условия, разработав новую стратегию для Центральной Азии.

Главной причиной стремления Киргизии вступить с союз, в котором она видела, прежде всего, рынок сбыта для своей продукции. Но первая попытка провезти в Россию свои фрукты и овощи была пресечена казахстанской таможней. Киргизская продукция была объявлена вне закона на территории союза, пока в стране не будут построены санитарные лаборатории, выдающие соответствующие сертификаты. Впоследствии оказалось, что торговые разбирательства между Казахстаном и Киргизией были связаны с предстоящими выборами киргизского президента. Политика вмешалась в экономику.

На этом фоне ослабевает интерес к ЕАЭС и у Молдавии, получившей статус наблюдателя в союзе. Тем более что правительство и парламентское большинство готовы разорвать связи с Россией, ссылаясь на то, что РФ не выводит свои войска из Приднестровья. Сторонником сближения с Москвой остается президент Игорь Додон, но и он уже сомневается. Молдавия может стать буферной зоной столкновения интересов в нынешнем противостоянии Запада и России.

Российские аналитики делают вывод, что ситуация становится взрывоопасной. Она ускорит не только окончательную деградацию СНГ, но превратит в зону риска ЕАЭС, с которым Москва связывала интеграционные надежды. России придется жить в новых условиях – без союзников в ближнем круге.

Таким образом, Россия заинтересована в расширении своего экспорта на единый рынок ЕАЭС, обеспечении беспрепятственного проникновения товаров отечественных производителей к конечному потребителю государств–членов, повышении доли несырьевого экспорта, устранению оставшихся препятствий и ограничений в торговле. Оценка эффективности ЕАЭС в России будет во многом зависеть от того, станет ли единый рынок ЕАЭС в перспективе до 2025 г. реализованной возможностью для расширения российского экспорта.

Россия заинтересована в формировании зон свободной торговли со странами-соседями на евразийском пространстве, а также со странами дальнего зарубежья. Заключение ЗСТ не только расширяет возможности для российских экспортеров, но и позволяет диверсифицировать импорт, поступающий на российский рынок, что немаловажно в условиях экономических санкций и продовольственного эмбарго.

Создание ЕАЭС и углубление интеграции в Евразии, с российской точки зрения, может способствовать формированию региона, привлекательного для других экономических игроков.

Россия, помимо развития собственных территорий и реализации своего транзитного потенциала, заинтересована также и в том, чтобы реализация проектов сопряжения ЕАЭС и ЭПШП состоялась и в государствах – членах ЕАЭС и стала для них дополнительным инструментом роста и повышения уровня социально-экономического развития. В целом ожидается, что реализация данной инициативы поможет сформировать необходимый уровень транспортно-логистической связности региона, без чего невозможно и развитие единого рынка ЕАЭС. Поэтому в части реализации сопряжения ЕАЭС и ЭПШП в России наблюдается довольно высокий уровень ожиданий на перспективу до 2025 г.

В условиях стремительного старения населения убыль национальных трудовых ресурсов может стать тормозом для развития экономики РФ. В этой связи миграционный ресурс приобретает такую роль, какой он никогда не имел прежде. РФ заинтересована в притоке рабочей силы из сопредельных стран, с которыми ее связывает длительная история сосуществования в рамках единого государства и сформированная за этот период социально-культурная общность. В то же время необходимость реиндустриализации страны и создания инновационной экономики предъявляет определенные требования к качеству прибывающего человеческого капитала. Поэтому задача развития кадрового потенциала становится не менее острой, чем задача привлечения трудовых ресурсов.

В этой связи оценка эффективности процессов евразийской интеграции в России в среднесрочной перспективе будет находиться под влиянием следующих факторов:

1) расширение рынков для товаров отечественного производства, диверсификацией торгово-экономических отношений;

2) формирование единого финансового рынка и превращением России в один из мировых финансовых центров;

3) расширение возможностей для внешнеторговой деятельности;

4) степень реализации транспортного потенциала страны и развития транспортно-логистической инфраструктуры;

5) расширение возможностей доступа к рабочей силе государств–членов Союза и развитием кадрового потенциала;

6) создание общего рынка электроэнергии.

На сегодняшний день в России наблюдается профицит производимой электроэнергии. Россия заинтересована реализовывать излишки электроэнергии как в странах ЕАЭС, так и на внешнем рынке. Однако спрос на эту продукцию внутри ЕАЭС сегодня невысокий. Небольшой дефицит электроэнергии наблюдается в Беларуси, Казахстан практически полностью удовлетворяет свои потребности. В Армении и Кыргызстане ситуация иная. Кыргызстан является генерирующей страной в вопросах электроэнергии, но в силу конфликта с Узбекистаном из-за водного вопроса он вынужден уменьшать расход воды на выработку электроэнергии. Как следствие, из экспортирующей страны она превратилась в импортирующую, уже два года закупая электроэнергию из Казахстана.

Поэтому общий интерес стран ЕАЭС и России заключается в создании общего рынка электроэнергии, чтобы получить возможность экспортировать излишки электроэнергии в третьи страны, а также удовлетворить собственные потребности. Российская система по мощности превосходит все системы стран ЕАЭС в 10-30 раз, актуальные внутренние потребности РФ составляют 5 гигаватт, при этом она обладает мощностями в 12 гигаватт. По этой причине Россия выступает сторонником формирования общего рынка электроэнергии и ожидает, что это будет дополнительным инструментом для роста ВВП во всех странах ЕАЭС в среднесрочной перспективе.

Политика Казахстана в отношении ЕАЭС

Казахстан придерживается принципа многовекторности как во внешней политике, так и в сфере внешнеэкономических отношений. Для Казахстана большое значение имеет сотрудничество как с Россией, так и с ЕС, КНР и другими партнерами. Для Астаны особенно чувствителен вопрос национального суверенитета. Казахстан на протяжении всего постсоветского периода последовательно реализует собственную программу социально-экономического развития, и внешнеэкономическое взаимодействие, равно как и свое участие в интеграционных проектах, рассматривает исключительно в соотношении с собственными национальными приоритетами и задачами.

Учитывая непрестанную критику со стороны национал-популистов, руководство Казахстана рассматривает ЕАЭС как экономическое объединение с едиными правилами движения товаров, услуг капитала, трудовых ресурсов. При этом Н.А.Назарбаев неоднократно подчеркивал, что ни о каком воссоздании СССР речи не идет. В то же время, обращалось внимание западных партнеров на необходимость изживания стереотипов холодной войны, которые мешают смотреть в будущее Несмотря на неприятие Западом в целом евразийской интеграции, большинство населения Казахстана, тем не менее, поддерживает интеграционное сотрудничество с Арменией, Беларусью, Кыргызстаном и Россией.

1 января 2018 г. вступил в силу новый Таможенный кодекс ЕАЭС. В Казахстане с участием представителей государственных органов и бизнес-сообщества была своевременно проведена разъяснительная и организационно-подготовительная работа. В частности, Казахстаном было направлено 552 поправки (38% всех поправок), из которых было принято 65% поправок. Новый Таможенный кодекс был синхронизирован с рядом законов Казахстана: внесены изменения в Налоговый, Экологический кодексы, Кодекс об административных правонарушениях и т.д.

Внешнеторговый оборот РК в январе-декабре 2017 г. составил $77 646,8 млн, увеличившись по сравнению с аналогичным периодом 2016 го на 25,0%. В том числе экспорт – $48 342,1 млн (рост – 31,6%), импорт – $29 304,7 млн (рост – 15,5%). При этом взаимная торговля РК со странами ЕАЭС составила $17 359,6 млн, т.е. 22,36% всего внешнеторгового оборота РК. Рост торговли РК со странами ЕАЭС в январе-декабре 2017 г. по сравнению с аналогичным периодом 2016 г. составил 25,9%. В том числе экспорт $5 118,3 млн (+30,2%), импорт — $12 241.3 млн (+24,1%).

Гораздо ниже уровень товарооборота Казахстана с другими членами ЕАЭС. Например, товарооборот Казахстана c Кыргызстаном в январе – декабре 2017 года с составил $758,4 млн; с Беларусью – $604,1 млн; с Арменией – $9 млн. Для сравнения, товарооборот Казахстана со всеми странами ЕС в 2017 году составил около $30 млрд.

Что характерно, интеграционные настроения в Казахстане поддерживают не только представители старших поколений, большая часть жизни которых прошла в СССР, но и молодежь. Результаты социологических исследований, проведенных Институтом Евразийской интеграции, свидетельствуют о поддержке внешнеполитических приоритетов страны (87%), и участия Казахстана в ЕАЭС (86%). В казахстанском обществе фиксируется высокий уровень поддержки участия страны в ЕАЭС – 86,4% опрошенного населения и 98% экспертов одобряют участие Казахстана в ЕАЭС. Этот уровень остается высоким на протяжении уже четырех лет – так, замеры 2014 года показывали уровень одобрения среди населения 84,8%.

Таким образом, благодаря ЕАЭС Казахстан сможет использовать свой транзитный

потенциал при единых транспортных тарифах на едином таможенном пространстве. Именно развитая транспортная инфраструктура окажет позитивное влияние на расширение промышленного производства внутри страны, а значит на повышение материального благосостояния населения.

Для Казахстана восприятие евразийской интеграции и оценка ее развития в настоящее время и в среднесрочной перспективе будет определяться следующими факторами:

1) расширением возможностей для экспорта казахстанской продукции;

2) содействием ЕАЭС реализации внешнеторгового потенциала Казахстана в торговле с государствами – не членами ЕАЭС;

3) способностью ЕАЭС содействовать реализации транзитного потенциала Казахстана;

4) развитием макроэкономического регулирования в ЕАЭС;

5) созданием в ЕАЭС условий для роста деловой активности и повышения инвестиционной привлекательности;

6) формированием единого финансового рынка ЕАЭС и формированием в Казахстане финансового центра ЕАЭС.

Следует отметить, что отрасли промышленности Казахстана, ориентированные на внутренний рынок, менее привлекательны, чем отрасли-экспортеры, как с точки зрения конкурентоспособности (перспектив роста производства, осваивания новых рынков, наращивания конкурентных преимуществ), так и с точки зрения надежности кредитования (рентабельности производства). По итогам проведенного макроэкономического анализа развития основных отраслей экономики Казахстана в рамках ЕЭП и ЕАЭС также выявлено, что направленность экономики страны является все еще сырьевой. Результаты исследования показали, что в основном экспортоориентированными товарами казахстанского происхождения являются сырье и товары промежуточного потребления, тогда как готовые товары в Казахстане являются импортоориентированными.

Позиция Беларуси в отношении ЕАЭС

ЕАЭС остается важным интеграционным проектом для Беларуси. Вместе с тем, высокие ожидания Беларуси от евразийской интеграции пока не оправдываются. По мнению руководства Беларуси, интеграционной «пятерке» так и не удалось прийти к согласованной промышленной политике «для превращения ЕАЭС в центр экономической силы». Принимаемые решения в ЕАЭС по промышленному сотрудничеству не влекут за собой конкретных действий со стороны государств членов ЕАЭС. Во главу угла поставлена политика импортозамещения. И нередко, предметом замещения являются не импортные товары, а товары, производимые другими странами ЕАЭС.

Также не удалось создать общий рынок транспортных услуг. Беларусь является участником «Шелкового» пути и других транзитных проектов. Однако, по мнению белорусской стороны, ее участие сильно ограничивают или вовсе не допускают к международным транзитным проектам между Востоком и Западом.

Белорусскую сторону беспокоит неурегулированность вопросов функционирования ЕАЭС в условиях применения одним из государств-членов односторонних мер защиты рынка в отношении третьих стран. Как отмечает А.Лукашенко, «нужен четкий механизм взаимодействия в таких ситуациях, в первую очередь для того, чтобы на ровном месте не возникали трения между участниками союза».

Следует отметить, что РБ практически полностью обеспечивает свой рынок товарами собственного производства. Кроме того, в РБ активно используется политика импортозамещения и протекционизм. Итогом стало вытеснение некоторых видов казахстанской продукции с белорусского рынка (например, в сфере машиностроения полностью вытеснены казахстанские подшипники, транспортерная лента, карданные валы, мука, зерно (закупается только для поддержания семенного фонда).

В этой связи, одним из наиболее перспективных направлений по развитию двустороннего сотрудничества является создание совместных предприятий по сборке различной коммунальной и сельскохозяйственной техники на территории Казахстана, а также привлечение передовых белорусских разработок и технологий для внедрения в различные сектора экономики Казахстана.

Минск уже не скрывает своего разочарования от ЕАЭС. Как отмечают эксперты, интеграционная эйфория, которой еще недавно было подвержено белорусское руководство, сменилась пессимизмом относительно перспектив евразийской «пятерки».

28 октября 2016 года президент РБ А.Лукашенко заявил, что «критическая масса накопившихся вопросов вызывает в Беларуси тревожные настроения по поводу перспектив не только СНГ, но и ЕАЭС». Он призвал РФ определиться с будущим совместных интеграционных проектов. В случае нерешенности проблемных вопросов А.Лукашенко пообещал «оптимизировать членство страны в ЕАЭС» (путем отзыва белорусских представителей из организационных структур).

Белорусские специалисты отмечают, что дальнейшее развитие ЕАЭС во многом зависит от позиции России, которая пытается использовать интеграционную структуру в своих геополитических интересах, имеющих мало общего с экономическими интересами других участников. По их мнению, это может заморозить дальнейшее развитие организации.

Ряд белорусских экспертов и часть широкой общественности критически восприняли попытки государств – членов ЕАЭС самостоятельно преодолеть кризисные экономические явления, вызванные негативной конъюнктурой мировых рынков. По их мнению, стремясь обеспечить положительное сальдо платежного баланса при снижении цен и спроса на внешних рынках, некоторые государства-участники самостоятельно, без согласования с партнерами по ЕАЭС, запустили процессы девальвации национальных валют, а также ввели ряд взаимных ограничений на внутренних рынках.

В Беларуси остро воспринимают снижение уровня жизни населения и неоправдавшиеся ожидания бизнес-сообщества, ставшие результатом негативных явлений в экономике, связанных с экономической ситуацией в странах Союза. Евразийская интеграция, по мнению белорусского бизнеса и экспертного сообщества, действительно снимает барьеры на пути движения продукции малых и средних предприятий и открывает возможности для экспорта, однако эти возможности ограничены уровнем конкурентоспособности белорусской продукции.

Как отмечают в Минске, национальные приоритеты Беларуси в ЕАЭС следующие:

1) скоординированное макроэкономическое регулирование на уровне ЕАЭС;

2) расширение экспорта белорусской продукции на рынок ЕАЭС и на рынки других стран – не членов ЕАЭС;

3) формирование единого рынка энергоресурсов;

4) устранение остающихся преград в движении товаров и рабочей силы;

5) координация промышленной политики внутри ЕАЭС.

Опросы руководителей белорусских малых и средних предприятий по вопросу последствий интеграции в рамках ЕАЭС показывают, что респонденты стали менее оптимистичны­ми в своих оценках влияния евразийской интеграции на их бизнес как в настоящем, так и в будущем. Несмотря на то, что евразийская интеграция снимает барьеры на пути движения продукции малых и средних предприятий и открывает возможности для экспорта, 60,8% из опрошенных респондентов считают, что не смогут эффективно конкурировать на евразийском рынке (среди экспортеров таких 48,1%).

На этом фоне, согласно социологическим опросам населения, который проводил Центр интеграционных исследований Евразийского банка развития и Международное исследовательское агентство «Евразийский монитор», наблюдается некоторое снижение поддержки и уровня привлекательно­сти евразийской интеграции в белорусском обществе. Если в конце 2014 года уровень поддержки ЕАЭС достигал 68%, то по итогам 6 месяцев 2016 года он опустился до 63%. Неоднозначно отношение белорусского общества и к формированию наднацио­нальных институтов ЕАЭС. 34% опрошенных считают, что единая валюта скорее нужна, чем не нужна (46% годом ранее). Идею введения общих законов поддерживают 39%, против высказались 43%. Против общей армии выступают 57%, за – всего 24%. Не поддерживают создание общего органа управления ЕАЭС 43%, в то время, как 37% поддерживают эту идею. На уровне конкретных предпочтений в сфере получения образования, трудоустройства, международного сотрудничества в научно-технической и инвестиционной сферах, молодежь Беларуси в целом демонстрирует более скептическое отношение к взаимодействию со странами СНГ, чаще отдавая предпочтение государствам ЕС и США.

В РБ вызвало также интерес предоставление на саммите статуса наблюдателя при ЕАЭС Молдавии и слова белорусского лидера о том, что обе страны смогут продвинуть свои отношения, несмотря на сложности, что Беларусь всегда откликалась на все просьбы Молдовы, поддерживая эту страну по нужным для нее направлениям.

К наиболее важным задачам ЕАЭС Беларусь относит необходимость расширения торгово-экономического сотрудничества, в том числе с Казахстаном. Беларусь также намерена получить дополнительные возможности для выхода своей продукции на российский рынок и обеспечить получение важнейших ресурсов по внутрироссийским ценам.

В товарной структуре белорусского экспорта в Казахстан за рассматриваемый период преобладают тракторы и седельные тягачи – 6,3%, мебель (в т.ч. медицинская) – 4,5%, сельскохозяйственная техника – 4,1%, грузовые автомобили – 3,9%, молоко и сливки сгущенные и сухие – 4%, шины – 2,9%, лекарственные средства – 2,5%.

Среди импорта из Казахстана в Беларусь за указанный период преобладают уголь каменный – 28,8%, нефть сырая – 23,7%, нефтепродукты – 9,9%. Наблюдалось резкое увеличение поставок легковых автомобилей – в 6,3 раза, на сумму $6,0 млн. Как видно из этих данных, во взаимной торговле РК и Беларуси по-прежнему сохраняется дисбаланс – белорусский экспорт в РК преобладает над импортом из РК в РБ, а удельный вес Казахстана в общем товарообороте Беларуси остается в рамках 1%.

Таким образом, развитие экспортных возможностей – приоритетный инструмент развития для Беларуси, а интеграция в рамках ЕАЭС рассматривается в качестве одного из инструментов, способных содействовать достижению данной цели. Сохранение большого количества изъятий и ограничений на рынках государств–членов ЕАЭС, по мнению белорусского руководства и экспертов, сокращает возможности белорусских экспортеров. С точки зрения белорусского руководства, необходимо урегулировать вопросы функционирования ЕАЭС в условиях применения одним из государств-членов односторонних мер защиты рынка в отношении третьих стран. В тоже время, продукция казахстанских производителей на белорусском рынке представлена незначительно.

В данном аспекте следует отметить, что Беларусь практически полностью обеспечивает свой рынок товарами собственного производства – от продуктов питания и легкой промышленности до продукции машиностроения. Кроме того, Беларусь активно использует политику импортозамещения. Например, в сфере машиностроения с белорусского рынка были полностью вытеснены казахстанские подшипники, транспортерная лента, значительно сократились поставки черных и цветных металлов, карданных валов, прекратились поставки отечественной муки, казахстанское зерно закупается лишь для поддержания семенного фонда.

Также, на представленность казахстанских товаров и бизнеса в Беларуси отрицательно влияет специфика государственного устройства и социально-ориентированная модель экономики страны. У представителей казахстанского бизнеса вызывает опасения сложная и часто меняющаяся нормативно-правовая база. В то же время, несмотря на насыщенность белорусского рынка товарами собственного производства, возможности для продвижения казахстанской продукции имеются.

Учитывая сильную зависимость в энергетической сфере, руководство Беларуси обеспокоено отсрочкой создания общих рынков энергоносителей в ЕАЭС. По мнению А.Лукашенко, «если даже условно определены сроки создания единых рынков, то не следует ждать до последнего с их запуском». На фоне белорусско-российского нефтегазового конфликта этот вопрос для Беларуси является одним из наиболее актуальных.

Правительство Беларуси хочет добиться снижения цены на импортируемый из России газ, учитывая запуск с 1 июля 2019 г. общего рынка электроэнергии в ЕАЭС. По мнению Минска, нельзя создать общий электроэнергетический рынок в союзе до формирования общего рынка газа (планируется к 2025 году). Кроме того, совпавшая по времени со стартом ЕАЭС геополитическая напряженность между РФ и Западом продолжает оказывать негативное влияние на национальные экономики стран ЕАЭС. На этом фоне систематический характер приобрели продовольственные «торговые войны» между РБ и РФ. Санитарные, карантинные меры превратились в инструменты жесткой политики в конкурентной борьбе. Через СМИ РФ насаждается негативное отношение к белорусским продовольственным товарам, качество которых в других странах мира не вызывает никакого сомнения.

С учетом существенной зависимости от экономической ситуации в России, белорусская экономика самым непосредственным образом продолжает ощущать это на себе. Второй год подряд основные макроэкономические показатели демонстрируют отрицательную динамику, наблюдается замедление экономической активности под влиянием неблагоприятной внешнеэкономической конъюнктуры и неустойчивостью положения на мировых сырьевых рынках, обнажились накопившиеся дисбалансы в экономике страны.

Также обращают внимание слова А.Лукашенко о том, что география ЕАЭС постепенно расширяется. «Построение единого экономического пространства и задачи, заложенные в Договоре о ЕАЭС, находят понимание и отклик у других государств региона. Свидетельством этому является желание Молдовы получить статус государства — наблюдателя при ЕАЭС, а также стремление многих государств образовать свободную экономическую зону с союзом. Однако одно дело закрепить здравые идеи в документе и совсем другое – претворить в жизнь. Здесь у союза достаточно нерешенных проблем» — заявил белорусский лидер. Основное внимание уделяется тому, что Кишинев является важным партнером Минска по ряду направлений, в том числе в рамках СНГ, программы «Восточное партнерство» Евросоюза и т.д. Поэтому Беларусь приветствует предоставление такого статуса Молдове как логичное отражение стремления большинства населения республики участвовать в евразийской интеграции.

Таким образом, официальная позиция Минска состоит в том, что при предоставлении статуса наблюдателя в ЕАЭС будут использовать индивидуальный подход. Но присоединение к этой организации не должно происходить автоматически. опасается, что если предоставить статус наблюдателя всем странам СНГ, не все из которых в равной мере участвуют в интеграционных процессах, то ЕАЭС рискует превратиться в подобие «СНГ-2» и стать в основном дискуссионной площадкой. Поэтому принято решение о том, что будут подготовлены соответствующие документы, которые будут четко фиксировать статус наблюдателя. Что касается желания Молдовы стать государством-наблюдателем при ЕАЭС, то Беларусь приветствует и поддерживает это решение. То есть, Молдова получила в лице Беларуси активного сторонника предоставления ей статуса государства-наблюдателя с последующей перспективой

Источник: http://isca.kz/ru/analytics-ru/3247

Похожие новости: