Дмитрий Панкин: ЕАЭС нужно скоординировать валютную политику

08:32 19-06-2015

Странам Евразийского союза необходимо скоординировать валютную политику. Очень сложно говорить о единой валюты, в то время когда у России курс плавающий, а у Казахстана, например, напротив фиксированный. В эксклюзивном интервью председатель правления Евразийского банка развития Дмитрий Панкин рассказал, какие меры нужно предпринять, чтобы валютный союз начал существовать.

Дмитрий Панкин: ЕАЭС нужно скоординировать валютную политику- Дмитрий Владимирович, здравствуйте.

- Добрый день!

- Как вам настроение участников на форуме сегодня?

- Ну, вы знаете, форум всегда - это ожидание новых встреч, ожидание каких-то переговоров на полях форума, такое вот бурление, которое вы видите здесь за стеклами.

- На ваш взгляд, отмечается ли снижение интереса со стороны зарубежных участников или нет?

- Ну, вы знаете, мне кажется, по сравнению с прошлым годом однозначно можно говорить о том, что больше зарубежных участников, более интенсивные переговоры, больше каких-то новых возможностей по сравнению с прошлым годом.

- А зачем они сюда приезжают?

- Но, а зачем приезжают на любой форум? Прежде всего встретить каких-то деловых партнеров, пообщаться в кулуарах, ну, и я думаю, как всегда насладиться белыми ночами и возможностью провести вечера на невских набережных.

- Ну, и поработать тоже надо.

- Надеюсь.

- С 1 января этого года действует договор о ЕАЭС, и президент России Владимир Путин говорил о том, что нашим странам, странам, входящим в это объединение, было бы легче справляться с колебаниями валют, если бы мы как-то сплотились и действовали в рамках единого союза. Какими вы видите перспективы создания валютного союза в рамках ЕАЭС?

- Знаете, я считаю, вопрос очень важный, серьезный, особенно нынешний год, ситуация с началом года, январь-февраль, когда сильно изменения курса рубля по отношению к доллару, и фиксированные курсы в Казахстане, и в определенной степени в Белоруссии, они спровоцировали, вызвали очень сильные товаропотоки между странами. И сильные были определенные проблемы с товарооборотом, с закрытием ряда предприятий в Казахстане, вызванными вот этими потоками.

И я считаю, эта как раз ситуация показала, что странам необходимо координировать валютную политику. Что когда Россия держит плавающий валютный курс, а Казахстан держит фиксированный валютный курс, вот так нельзя работать. Это не работает, это приводит к серьезным экономическим дисбалансам. Нужна координация. Вопрос о единой валюте, конечно, очень важный, но очень сложный. Вспомните, сколько лет прошло, сколько сил потребовалось европейскому сообществу, чтобы прийти к созданию европейской валютной системы, созданию евро, и даже сейчас мы видим, какие там проблемы. В частности, Греция, когда отсутствует координация фискальной, прежде всего фискальной, макроэкономической политики между странами. То есть вывод какой? Что единая валюта нужна, но она нужна только на базе скоординированной валютной политики, скоординированной фискальной политики, скоординированной макроэкономики, тогда можно говорить о формировании валюты, единой валюты, которая, конечно, позволит, в общем-то, развиваться значительно более быстрыми темпами.

- Но, на ваш взгляд, построение валютного союза и дальнейшая интеграция в рамках ЕАЭС, она должна все-таки идти, отталкиваясь от примера Европейского союза, или своим отдельным путем?

- Мне кажется, пример европейских стран, он очень интересный и хороший, потому что базовая проблема здесь всегда. Это есть общие интересы всех стран и национальные интересы каждой страны. Вот эта проблема любой интеграции. Что все страны выигрывают от интеграции, но по массе конкретных дел, конкретных движений интересы национальной страны, они противоречат этому общему движению. Это умение найти компромисс между своими национальными интересами и общими интересами всех стран. Вот это главное. Это вопрос любой интеграции, неважно, где она там - в Европе, в Азии, в Америке.

- Не получится ли так, что если брать пример ЕС, то как Германия внутри Европейского союза, так и Россия просто будет страной донором, как вот Германия сейчас для Греции?

- Ну, вы знаете, донор - это относительное понятие. Надо посмотреть, насколько выиграла Германия от вот европейской интеграции, какой объем экспорта машин, оборудования из Германии. И многие исследования показывают, что выигрыш очень большой у Германии как раз от европейской интеграции. Я не скажу, что здесь крупная страна однозначно проигрывает. Скорее важен другой вывод: что нельзя идти очень быстрыми опережающими темпами. Очень плохо, когда политика опережает экономику.

- И какие риски в этом?

- Риски, Греция. Включение стран Восточной Европы достаточно быстрое в Европейское сообщество. Когда политическое решение о включении стран в единый союз, оно существенно опередило координацию финансовой политики, координации вот этой макроэкономики, когда, собственно говоря, несмотря на декларируемое там требование сбалансированного бюджета, Греции постоянно позволяли жить в условиях огромных бюджетных дефицитов, неработающей налоговой системы. И как бы все смотрели нормально, они закрывали дыры за счет размещения бондов своих, выраженных в евро.

- На ваш взгляд, что уже получила Россия от участия в ЕАЭС? Можно ли это как-то количественно измерить?

- Вы знаете, если количественно измерять, у нас, к сожалению, ничего хорошего, такие голые цифры, не покажут. Потому что сейчас идет снижение, 2015 год по сравнению с 2014-м, снижение товарооборота. Но надо смотреть глубже: почему снижение? Цены на энергоресурсы, на сырьевые товары падают, и идет снижение в абсолютных цифрах товарооборота. То есть вопрос, если поставить так, а что бы было, если бы не было вот этого союза, не было устранения таможенных барьеров, я считаю, был бы еще больший спад. Потому что падение-то цен, оно на мировом рынке. И поэтому все-таки, мне кажется, что Таможенный союз позволил бы в определенной степени смягчить падение. К сожалению, мы сейчас говорим скорее о смягчении падения товарооборота и о смягчении падения темпов экономического роста.

- А построение единого экономического пространства от Лиссабона до Владивостока - это просто какая-то декларация или это можно воплотить в жизнь?

- Вы знаете, я бы сейчас, наверное, говорил о том, что есть два очень интересных, очень серьезных вопроса и процесса. Это трансатлантическое партнерство и попытка выстроить систему без таможенных пошлин и скоординированного экономического взаимодействия в рамках трансатлантического партнерства, и транс-тихоокеанское партнерство - тот же самый механизм, который пытаются сделать уже на Дальнем Востоке. Проблема в чем, что реформа ВТО, в общем-то, остановилась. И через создание этих партнерств трансатлантического и транс-тихоокеанского штата европейские страны, Япония пытаются решить эту проблему остановки движения в рамках ВТО. И сейчас задача для Евразес - выстроить отношения. То есть, я бы сказал, лучше говорить не пространство от Владивостока там до Лиссабона, а взаимодействие вот между будущими формирующимися транстихоокеанской зоны, трансатлантической зоны и евразийской зоны.

- Но один отрезок уже сейчас прорабатывается. Это построение трансконтинентального коридора. Какой будет роль евразийского Банка развития в этом проекте?

- Мне кажется, что Банк развития по определению должен заниматься проблемами, связанными с транспортной инфраструктурой, с энергетикой. Поэтому все, что касается транспортных путей, энергетических, для нас очень важно. Вот, например, дорога трансконтинентального транспортного пути идет через Казахстан, Китай. Через Китай, проходит через территорию Казахстана, упирается в российскую границу и все. Дальше дороги нет. То есть вопрос как раз стоит, что продлить вот этот транспортный путь – Казахстан довести его до границ Российской Федерации. Точно также очень интересны для нас портовые проекты в этом регионе. Поскольку эти транспортные пути из Китая, из Казахстана и Средней Азии упираются в ограниченные мощности, допустим, Новороссийского морского порта. И что делать? Надо решать эти вопросы, создавать новые мощности, реконструировать действующие.

- Но возможно эти вопросы будут решаться в рамках построения экономического пояса Шелкового пути?

- Здесь я вижу взаимодействие Евразес и Шелкового пути. Создание таких коммуникаций, создание таких транспортных путей, интерес китайских инвесторов Китая, и это Шелковый путь, и интересы стран Евразес совпадают. Но я бы хотел сказать, что важно не ограничиваться только Шелковым путем. Наши интересы, интерес Евразийского сообщества - в создании и прочных связей между странами. Не только вот широте, но и по долготе. То есть все транспортные коммуникации, все инфраструктурные коммуникации по линии "Север – Юг" тоже очень важны, и о них не надо забывать.

Источник: http://www.vestifinance.ru/articles/58899

Похожие новости: