Кубат Рахимов: "Анализ пребывания КР в ЕАЭС через призму инструментов Европейского Союза"

07:39 15-03-2017

Кыргызстан 21 месяц тому назад стал членом ЕАЭС. Сколько было ожиданий, каких только прогнозов не было. В том числе и эмоционально окрашенных, и с добрым, и со злым умыслом. Но наша задача, я имею в виду экспертного сообщества уметь подходить беспристрастно, даже находясь в гуще самих событий и будучи выявленным в процессы либо как потребитель медийно-информационного контента, либо как его продуцент. Важно подходить правильно с точки зрения научной методологии анализа, но не впадать в непонятную для большинства думающих граждан наукообразность и многозначительность.
Кубат Рахимов: "Анализ пребывания КР в ЕАЭС через призму инструментов Европейского Союза"
Если оценивать нынешний этап, то считаю крайне важным выделить такой момент – следует окончательно прекратить бесплодные и бесполезные дискуссии о том, правильно ли сделал Кыргызстан, вступив в ЕАЭС. Считаю, что окончательно и бесповоротно надо обозначить позицию, что сейчас важно сконцентрироваться на том, как максимально выиграть от специализации и кооперации внутри общего рынка, а не пытаться думать о том, чтобы мы делали хорошего, если бы не вступили ЕАЭС. Любое потакание дискуссиям о правильности или неправильности вступления лишь благодатное поле для всякого рода политических спекуляций, причем как со стороны идейных противников, так и среди слишком ярых сторонников интеграции. Необходимо сконцентрировать усилия экспертного сообщества на максимизации выигрышей от участия страны в интеграционном объединении, одновременно оптимальным образом проводить реформы в экономике, исходя из своих представлений о суверенитете страны. Чем меньше мы сейчас будем апеллировать к теме прошлого в дискурсе «а что было бы если», тем будет гораздо легче думать над тем «как лучше сделать сейчас и в ближайшем будущем».

Можно констатировать факт, что процесс интеграции идет в интересах страны, пусть и с определенными издержками, но идет. Совокупные выигрыши по четырем степеням свободы (рынка труда, товаров, капиталов и услуг) кумулятивно и последовательно дают и будут давать результат в течение ближайших 3-5 лет. Эти сроки носят объективный характер, исходя из опыта европейской интеграции, а также необходимости определенного временного лага для структурной перестройки экономики.

Давайте еще раз вернемся к мотивации интегрироваться и уже от этого будем строить какие-либо свои умозаключения по будущему месту Кыргызстана в интеграционном объединении.

Исходя из теории международной экономической интеграции, региональная интеграция приносит большую выгоду той стране, экономика которой является относительно крупной и развитой для конкретного интеграционного объединения. В результате возникает диспропорциональное и негармоничное развитие экономик союза, которое, в итоге, приводит к потере конкурентоспособности малых экономик и снижению экономической привлекательности союза. Между тем, дезинтеграционные призывы могут возникать даже тогда, когда, в целом, страна выигрывает от участия в экономическом объединении. Одной из возможных причин негативной оценки союза может быть то, что при оценке выгод от участия в объединении политики склонны прибегать к оценке выгод в абсолютных значениях в сравнении с другими странами. Естественно, при таком сравнении, малые экономики будут заведомо в проигрышном положении.

Есть несколько так называемых мотивов при экономической интеграции (в данном случае мы отбрасываем любой популизм, неважно – он политического, исторического или культурного плана), из них два наиболее ключевых. Это перераспределительный и созидательный мотивы.

Перераспределительный мотив является лишь дополнением к основному, созидательному мотиву, ведь, по сути, без долгосрочных экономических выгод для страны не имеет смысла участвовать в союзе. Созидательные мотивы определяют цели и задачи союза, то к чему стремятся члены союза. Созидательные мотивы создают долгосрочные и эффективные системы мотиваций для действующих членов союза и будущих его партнеров.

Однако, на примере ЕАЭС можно сделать вывод о том, что внутри союза созидательный мотив (например, снятие нетарифных барьеров для свободного перемещения товаров, услуг и капитала) пока достаточно слабо выражен. Страны неохотно идут на уступки и стремятся сохранить инструменты торгового протекционизма, в том числе, через политику валютного курса. В рамках ЕАЭС пока не планируется введение единой валюты, единых ставок налогообложения, а также, например, создание наднационального органа санитарного, ветеринарного и фитосанитарного контроля. А это сильнейший нетарифный барьер, который сильно усложняет внутреннюю торговлю.

В теории структурализма, (Гуннар Мюрдаль и др.), которые критически отнеслись к идее полной либерализации движения товаров, капитала и рабочей силы в интегрируемом пространстве, считая, что свободное функционирование рыночного механизма может привести к определенным диспропорциям в развитии и размещении производства, углублению неравенства в доходах. Экономическая интеграция рассматривалась ими как глубокий процесс структурных преобразований в экономике интегрирующихся стран, в результате которых возникает качественно новое интегрированное пространство, более совершенный хозяйственный организм.

По их мнению, полюсами развития интеграции являются крупные фирмы, промышленные компании, целые отрасли промышленности.

Созидательный мотив отталкивается от понимания, что наличие барьеров в торговле между странами порождает неэффективность использования ресурсов. Торговые ограничения порождают невосполнимые потери совокупного общественного благосостояния. Взаимное снятие барьеров высвобождает (создает) ресурсы, не производившиеся ранее, они распределяются между участниками объединения, увеличивая его конкурентоспособность.

В теории, подтвержденной практикой Евросоюза и НАФТА, после краткосрочных (0.5–2 года) торговых эффектов наступает время среднесрочных эффектов интеграции, которые связаны со структурными изменениями (3–7 лет и более). При этом огромное значение имеет продвижение взаимных инвестиций как более долгосрочно «играющей» формы экономического сотрудничества, чем торговля.

Поэтому нам сейчас важно диагностировать стадию интеграции и ее реальные последствия для Кыргызстана как в многостороннем, так и в двусторонних срезах.

Несмотря на то, что в настоящее время перераспределительный мотив в ЕАЭС является базовой мотивацией участия в союзе для некоторых стран, необходимо продолжить работу по анализу созидательного мотива, особенно в отношении стран с малой/менее развитой экономикой.

Между тем, для решения проблемных моментов в перераспределительном механизме ЕАЭС, на которые мы указали в начале, следует изучить опыт других успешных региональных экономических объединений.

Опыт Европейского союза показал, что использование перераспределительных мотивов (Structural funds и Cohesion fund) для привлечения новых стран в ЕС, особенно в отношении стран с относительно малой и слаборазвитой экономикой (Восточная Европа), является очень эффективным интеграционным инструментом.

Для того, чтобы понять как работает перераспределительный механизм ЕС необходимо вкратце напомнить структуру доходной и расходной частей бюджета ЕС. Доходная часть бюджета формируется из четырех основных источников:

- Традиционные собственные ресурсы – импортные таможенные пошлины составили 18,7 млрд евро в 2015 году или 13% от валогового дохода ЕС;

- Доходы от НДС установлены в размере 0,3% от НДС, уплаченного в стране-члена ЕС, составили 18,1 млрд евро или 12% от валового дохода ЕС;

- Доходы от валового национального дохода - устанавливаются ежегодно как одинаковое значение процента к ВНД для всех стран ЕС. В 2015 году данный источник составил 100,9 млрд евро или 69,1% от валового дохода, став, таким образом, основным источником доходной части бюджета ЕС. Хотя изначально предполагалось, что он будет выполнять роль некого стабилизирующего (компенсирующего) механизма, когда основных источников дохода будет недостаточно для покрытия всех расходов ЕС.

Что касается расходной части бюджета ЕС, то основную часть расходов в 2015 году занимали субсидии и дотации в сельское хозяйство - 44,9 млрд евро или 30,9% от всех расходов (группа Structural Funds). Далее по объему расходов занимает помощь наименее развитым регионам и странам ЕС для гармоничного экономического развития - 27,8 млрд евро или 19,2% от всех расходов, которые также относятся к группе Structural Funds. А третью позицию по объему занимают расходы на природоохранную сферу и развитие трансевропейских транспортных сетей странам со слаборазвитой экономикой (Cohesion fund) - 12,1 млрд евро или 8,3%.

Всего на эти две группы расходов, Structural Funds и Cohesion fund, приходилось более 2/3 расходов бюджета ЕС в 2015 году.

Исходя из структуры доходов и расходов бюджета ЕС можно сделать следующие выводы:

- Приоритетными направлениями для ЕС являются гармоничное экономическое развитие всех регионов ЕС и стимулирование быстрого завершения переходного интеграционного процесса новых государств-членов ЕС через инвестиции в институциональные реформы и инфраструктурные проекты; - Для реализации приоритетных направлений ЕС большую часть расходов берут на себя страны с более развитой и богатой экономикой (Германия, Франция, Италия, ранее и Великобритания). Эти расходы закладываются странами в государственный бюджет. - Для осуществления полноценной экономической политики гармоничного и устойчивого развития экономики региона, ЕС не ограничивается использованием механизма перераспределения поступлений от ввозных таможенных пошлин, а делает основной упор на отчислениях наиболее богатых членов союза, которые получают большую экономическую выгоду от союза.

Из опыта ЕС следует, что вопрос гармоничного развития всех членов союза является одним из приоритетных задач союза.
За более чем полувековое существование ЕС были выработаны эффективные интеграционные механизмы, среди которых особое место занимают структурные фонды поддержки (Structural funds и Cohesion fund).

Поддержка структурных фондов ЕС в первую очередь направлена на образование, технологическое совершенство и эластичность предприятий, а также на развитие науки и исследований, для содействия образованию наукоемкой экономики в стране и укрепление других необходимых предпосылок для долгосрочного экономического развития экономики.

Помимо единовременной финансовой помощи, в основном от России Кыргызстану, в 2014 году был создан межгосударственный Российско-кыргызский фонд развития (РКФР), который должен был стать главным инструментом успешной интеграции кыргызской экономики в ЕАЭС. Уставной капитал фонда составляет $500 млн. В соглашении о РКФР, помимо уставного капитала, также заложено выделение Россией $500 млн в качестве льготного кредита. На сегодня, из планируемого $500 млн уставного капитала фонд получил $350 млн, причем $265 млн. из которых размещены в российских банках в виде высоколиквидных ценных бумаг, средневзвешенный доход по которым получается 3,73%. Также РКФР опосредованно приобрел евробонды Кыргызской Республики на сумму около 50 млн.$. Всего, с момента своего образования, РКФР кредитовал проекты в Кыргызстане на сумму не более 202 млн. $ на условиях срочности, платности и возвратности. То есть из объявленной суммы уставного фонда в 1 млрд. долл. США освоено не более 20%, что говорит о серьёзной переоценке РКФР кредитной емкости Кыргызской Республики на уровне субъектов хозяйствования и на классических банковских условиях залогового обеспечения. Необходим разворот в деятельности фонда по финансированию длинных цепочек стоимости, включая кредиты не только кыргызстанским резидентам, но и крупным компаниям стран ЕАЭС, чья деятельность прямо влияет на экономику КР.

Также приоритетным видится деятельность РКФР по нескольким важнейшим направлениям:

1. деятельность как «фонда фондов», например, целевая поддержка Гарантийных фондов КР, а также будущих фондов поддержки экспортеров и крупных сельхозпроизводителей, отраслевых и территориальных фондов развития КР. Очень важно с помощью РКФР перезапустить механизм фондового рынка в КР, чтобы ценные бумаги хозяйствующих объектов были полноценными – как объект обеспечения прав собственников, доходный инструмент инвестирования, выгодный инструмент привлечения прямых инвестиций в капитал субъектов хозяйствования;

2. поддержка проектов государственно-частного партнерства в КР и финансирования инфраструктуры, прямо связанной с индустриальными проектами страны, тем более финансируемой самим же РКФР. Для этого вполне уместно создание некой холдинговой компании – 100% дочернего предприятия РКФР;

3. проектное финансирование с долевым участием наиболее важных и прорывных проектов в стране по опыту того же ЕБРР. Здесь важно умение формировать финансовые пулы для крупных проектов, уже есть положительный опыт с чешскими партнерами;

4. Необходима глубокая кооперация РКФР с Евразийским банком развития как управляющим Евразийского фонда стабилизации и развития (бывшим Антикризисным фондом ЕврАзЭС), ныне, в создании мощного финансового пула с рядом крупных банков стран ЕАЭС, а также международных инвесторов для финансирования прорывных масштабных инфраструктурно-промышленных проектов, которые прямо влияют на экономики как минимум двух участников ЕАЭС и имеют значимый эффект в масштабах региональной экономики.

5. Финансирование не только кыргызстанских субъектов хозяйствования, а компаний со стран ЕАЭС, которые имеют высококачественные залоговые активы за пределами КР, однако готовы создавать длинные и сверх-длинные цепочки стоимости с вовлечением предприятий Кыргызстана и/или их дочерних предприятий в Кыргызстане.

РКФР имеет уникальный шанс по преобразованию в общий евразийский структурный фонд на принципах, подобных европейским? уйдя от двустороннего формата в многосторонний, однако не дублируя работу Евразийского банка развития. Будущий фонд может включать в себя различные элементы фондов проектного финансирования, холдинговых компаний, фонда фондов, отраслевых и территориальных фондов развития.

Думаю, что пора разворачивать интеграционный процесс не только из финансового центра, в нашем случае это Москва, а по направлению «регион- регион». То есть будущий фонд должен напрямую из Бишкека кредитовать наиболее перспективные проекты в странах ЕАЭС. Понятно, что источник стартового капитала будущего евразийского фонда проектного финансирования - это средства РФ, но тут важно умение запустить процесс, а дальше он сам себя будет воспроизводить.

Похожие новости: