Шерадил Бактыгулов: Создание системы глобальной и региональной безопасности в рамках Большого Евразийского партнерства

13:29 24-05-2018

В Бишкеке прошла экспертная дискуссия «Большое Евразийское партнерство: сопряжение ЕАЭС с проектом «Один пояс – один путь». В мероприятии, организованном Фондом "Евразийцы - новая волна", приняли участие политологи, экономисты, представители госструктур, ученые и молодежные лидеры столицы.
В рамках дискуссии с докладом на тему: "Создание системы глобальной и региональной безопасности в рамках Большого Евразийского партнерства" выступил политолог, эксперт по государственному управлению Шерадил Бактыгулов.

Шерадил Бактыгулов: Создание системы глобальной и региональной безопасности в рамках Большого Евразийского партнерства"В рамках Большого Евразийского партнерства стоит серьезный вызов: сформулировать подходы к выстраиванию отношений с двумя основными акторами в Большой Евразии — Китаем и Европейским союзом. При этом необходимо отслеживать геополитические и геоэкономические последствия принимаемых решений по созданию системы глобальной и региональной безопасности. Задача по ее созданию выходит за рамки Большой Евразии.
Действия США, Японии, Южной Кореи, стран Юго-Восточной Азии, Африки, Ближнего и Среднего Востока, АТР и Центральной и Южной Америк являются факторами, влияющими на архитектуру безопасности региона.
Затяжные военные конфликты, финансовый кризис, религиозный экстремизм и национализм, обострение отношений России с США и ЕС – являются некоторыми из основных потенциальных угроз в Евразии.
По мнению аналитиков и экспертов разных стран, виной тому служит процесс смены однополярного устройства мира, установившегося после распада СССР, многополярным. На мировую гегемонию США сегодня «покушаются» Европа, Россия, Китай и стремительно развивающийся Азиатско-Тихоокеанский регион.
18 декабря 2017 года президент США Трамп лично представил новую американскую Стратегию национальной безопасности. В ней Кавказ и Центральная Азия упоминаются в качестве арены борьбы великих держав, что напоминает формулировки времен холодной войны. Главной темой документа является геополитика.«Отмечавшаяся ранее как пережиток предыдущего столетия борьба великих держав возобновилась, - говорится в документе. – Китай и Россия начали проецировать свое влияние на региональной и мировой арене... Они оспаривают наши геополитические преимущества и пытаются изменить миропорядок в свою пользу».
Упоминание борьбы между великими державами отличает данный документ от предыдущей его версии, опубликованной в 2015 году при президенте Бараке Обаме. В предыдущей стратегии говорилось об агрессии России на Украине, но не вмировом масштабе. И делался гораздо меньший акцент напротивостоянии. «Хотя конкуренция будет иметь место, мы отрицаем неизбежность конфронтации», - отмечалосьвстратегии 2015 года относительно Китая.
Евразия описывается как зона конкуренции между США и Россией в «ястребов»: «Сочетание амбиций ирастущих военных возможностей России придает нестабильность границам в Евразии, где растет вероятность возникновения конфликта по причине просчетов России... Россия также проецирует свое влияние в экономической сфере путем осуществления контроля над ключевой энергетической и прочей инфраструктурой в некоторых частях Европы и Центральной Азии».
Далее говорится: «Хотя угроза советского коммунизма исчезла, новые угрозы испытывают нашу волю. Россия принимает подрывные меры с целью ослабления уверенности в приверженности США Европе, расшатывания трансатлантического единства, и ослабления европейских институтов и правительств. Напав на Грузию и Украину, Россия продемонстрировала свою готовность нарушать суверенитет государств региона. Россия продолжает запугивать своих соседей, включая бряцание ядерным оружием и демонстрацию у их границ наступательных возможностей».
Центральная Азия упоминается частично в качестве арены борьбы сРоссией, но не с Китаем, ичастично кактерритория подугрозой исламского терроризма.
«Мы выявляем центральноазиатские государства, сопротивляющиеся попыткам доминирования со стороны держав-соперниц, не желающие становиться пристанищем джихадистов и приоритизирующие проведение реформ», — говорится в стратегии.
В новом документе также снова упоминается идея «Нового шелкового пути», о которой говорили в ранние годы правления Обамы, но потом забыли: «Мы будем способствовать экономической интеграции Центральной и Южной Азии с целью стимулирования процветания и налаживания экономических связей, которые позволят расширить торговлю и укрепить взаимоотношения».
Еще одной примечательной частью является приоритизация «доступа» военных к Центральной Азии: «Мы будем сотрудничать с центральноазиатскими государствами, чтобы гарантировать доступ к региону для поддержания наших антитеррористических усилий». Хотя военная деятельность США в Центральной Азии идет на спад, в последние годы наблюдается рост масштабов обучения американскими военными сил особого назначения в странах региона.
В мае 2014 года в Конгрессе США в двух чтениях прошел билль№ 2277«Акт о предотвращении агрессии со стороны России 2014»(RussianAggressionPreventionActof 2014) и находится на доработке в Комитете по международным связям. В преамбуле указано: «Предотвратить дальнейшую российскую агрессию к Украине и другим суверенным государствам в Европе и Евразии, и для других целей.»
В мае 2017 года создан «Фонд противодействия российскому влиянию», предназначенный для «поддержки групп гражданского общества, вовлечённых в обеспечение верховенства закона, медиа, кибер и другие программы, которые усиливают демократические институты и процессы и противодействуют российскому влиянию и агрессии».
Следует отметить, что санкции Вашингтона и Брюсселя – этотактика «нейтрализации» главных конкурентов США в существующем миропорядке, а не инструмент экономического ослабления России или Китая.
В связи свышеизложенным, на первый план выходит проблема обеспечения безопасности, причем не только военной или политической, но и информационной,экономическойи финансовой.
Евразия – этоочень сложный регион, вкотором сосредоточено несколько ядерных держав – какпризнанных, так инепризнанных. Это регион, где идет целый ряд локальных вооруженных конфликтов, где существует целый букет религиозных, сепаратистских, экстремистских и террористических угроз. Эти угрозы связаны нетолько с Афганистаном и Ближним Востоком, нотакже с процессами, идущими в Южной Азии, с курдской проблемой, уйгурским сепаратизмомитак далее.
В этой связи, общие усилия вобеспечении безопасности, какна границах единого евразийского экономического пространства в рамках ЕАЭС, так ивнутри него, имеют огромное значение.На территории Евразии будут продолжаться попытки силовых смен правительств, будут экстремистские итеррористические угрозы изсоседних с ЕАЭС регионов.

Безопасность на глобальном уровне
Организация Объединенных Наций призвана обеспечивать контуры глобальной системы безопасности. Чаще ООН критикуют. Одни – за неэффективность в критических длямира ситуациях, другие – занедемократичность, третьи–занедостаток внимания кпроблемам развивающихся стран, четвертые – забюрократизм, раздутость штатов инепомерный бюджет, пятые – заневосприимчивость к реформам и так далее. Примечательно, что вкаждой критике есть своя доля истины. Тем не менее, общая картина не всегда получается объективной, вполной мере отражающей действительность, и поэтому выводы получаются далекими отреального состояния дел.
Эксперт и аналитики признают, что серьезнейшим источником угрозы для существующего миропорядка и его «базисного элемента» - ОрганизацииОбъединенных Наций – являются «антисистемные» действия ряда государств, то есть действия, связанные снарушением принятых правил поведения намеждународной арене, выстроенных на основе Устава ООН, норм и принципов международного права.
Будущее системы глобальной безопасности, как и самой ООН, зависит отжелания иумения государств – постоянныхчленов Совета Безопасности ООН конструктивно иответственно выстраивать свои взаимоотношения, находить пути к взаимопониманию посамым сложным, спорным, кризисным проблемам.
Имеющиеся противоречия становятся очевидными при определении понятия «безопасность». С одной стороны, термин «международная безопасность» служит синонимом традиционного понятия мира, или отсутствия войны.
С другой стороны, это понятие подразумевает широкую политическую область, включающую достижение соглашений, выработку принципов, создание институтов и процедур, которые бы содействовали созданию условий для сохранения мира и противодействовали образованию предпосылок для войны.
Вместе с тем, неотъемлемой составной частью понятия международной безопасности остается подготовка национальных вооружённых сил на случай сбоя в работе такого политико-правового механизма.
Проблема восстановления и развития системы международной военно-политической безопасности встала ещё острее после Второй мировой войны. В Уставе ООН были определены задачи экономического и гуманитарного развития человечества, главная цель этой организации заключалась в обеспечении именно военно-политической безопасности: «Поддерживать международный мир и безопасность и с этой целью принимать эффективные коллективные меры для предотвращения и устранения угрозы миру и подавления актов агрессии или других нарушений мира и проводить мирными средствами, в согласии с принципами справедливости и международного права, улаживание или разрешение международных споров или ситуаций, которые могут привести к нарушению мира».
В целом, институты, созданные после Второй мировой войны, достаточно универсальны и могут быть наполнены более современным содержанием, адекватным текущей ситуации. Можно согласиться с оценкой российского президента о том, что роль ООН незаменима, и что ОБСЕза40 лет зарекомендовала себя востребованным механизмом обеспечения безопасности исотрудничества в Евроатлантике.
Поэтому нужна консолидированная работа внешнеполитических ведомств с ООН и ОБСЕ по всему широкому спектру вопросов обеспечения глобальной безопасности.

Безопасность на региональном уровне
Справиться с угрозами региональной безопасности в Евразии возможно только совместными усилиями, за счет уже имеющихся механизмов – с помощью ОДКБ и ШОС. Создание новых организаций не имеет больших перспектив, в то время как повышение эффективности этих двух организаций, атакже их более тесное сотрудничество обеспечит реализацию инициатив и проектов, имеющихся в сфере экономического и социального сотрудничества в ЕАЭС и ШОС.
При этом следует помнить, что ШОС не является военной или военно-политической организацией, тем не менее, в рамках ШОС существуют правовые основы для совместных действий против сил «трех зол» - терроризма, радикализма и сепаратизма.
Еще одним важным сегментом обеспечения безопасности является информационнаябезопасность.«Битва за умы» набирает свои обороты. Так, Соединённые Штаты в 2018 году выделили $15 млн. на развитие «независимых» СМИ в Центральной Азии.В документе ЮСАИД утверждается, что в Казахстане, Таджикистане и Узбекистане российские телеканалы остаются основным источником информации, что вкупе со слабым освещением международных тем местными каналами ведет «к неверному пониманию мировых событий» населением региона.
Вашингтон не намерен напрямую бороться с российскими средствами массовой информации. Вместо этого Госдепартамент будет поддерживать местных журналистов и повышать «медиаграмотность» населения, чтобы оно «лучше понимало роль информации в демократической системе».
В свою очередь, президент России также обратил внимание нато, что отдельные страны пытаются использовать свое доминирующее положение в глобальном информационном пространстве для достижения нетолько экономических, нои военно-политических целей.
Таким образом, вопрос обеспечения безопасности становится ключевым фактором эффективного функционирования Большой Евразии. Тем более, если учитывать тот факт, что «мягкая сила» больших стран идет параллельно с участившимися проявлениями радикального экстремизма и международного терроризма, которые обретают все более четкие формы и трансформируются из потенциальной угрозы в реальную, а арсенал, методы и формы осуществления международной террористической деятельности постоянно расширяются.
В заключение
Сотрудничество между ЕАЭС и ЕС может быть взаимовыгодным и обладает огромным потенциалом. Перспективы еще более грандиозны, если принять во внимание предстоящее подписание торгового соглашения между ЕАЭС и Китаем Ираном и Сингапуром. Расширение пространства ШОС при участии Индии и Пакистана, а также лвусторонние торговые соглашения стран – членов ЕАЭС со странами Ближнего Востока, Юго-Восточной Азии позволяют говорить о создании Большой Евразии, о новом этапе глобализации – в котором основные континентальные акторы эффективно сотрудничают и оказывают влияние на глобальную экономическую повестку.
Отличительной чертой нового этапа глобализации является тот факт, что решения не будут навязываться из одного центра. Диалог и компромисс станут тем инструментарием, на котором будет основано сотрудничество между региональными интеграционными объединениями. В том числе, уже существующими сейчас – ЕАЭС, ЕС, АСЕАН, МЕРКОСУР, НАФТА, а также крупнейшими экономиками мира – Китаем, Индией, Бразилией и другими.
Более того, процедуры и дух сотрудничества в рамках ШОС может стать примером нового качества международного сотрудничества.
Прозрачные и понятные правила игры, общие рынки товаров и услуг, транспортные коридоры «Восток - Запад» и «Север – Юг» станут стимулом экономического роста, от которого выиграют сотни миллионов людей.
Большая Евразия создаст колоссальные возможности для бизнеса, откроет новые точки роста в экономиках стран Европы и Азии. Вместе с тем, практическая реализация новых подходов по укреплению фундамента обновленного мироустройстваможет дать старт еще более мощному процессу – новой глобализации, котораякардинально преобразить мир.
Геополитические процессы исопровождающие их проблемы завершатся не сегодня и не завтра. Однако хочется верить, что после столкновения ивыяснения отношений мировые державы, играющие сегодня ведущую роль намировой арене, найдут способ договориться с соседями, стремящимися развиваться посвоему собственному пути. А пока, какговорят эксперты и аналитики,Евразийский экономический союз должен четко и последовательно, шаг зашагом идти ксвоей цели – построениюсобственной модели развития, безопасности, экономики, налаживанию сотрудничества идиалога ссоседями.

Вместе с тем, требуется обратить более пристальное внимание методическим и методологическим вопросам обеспечения безопасности.
До сих пор современное состояние безопасности в мире всё ещё обозначается формулой «международная безопасность после окончания холодной войны». Такая формулировка отражает очевидный факт, что нынешние параметры и логика развития процессов в сфере безопасности отличаются от тех, что работали в эпоху биполярности.
Данное определение такое же формальное, как если бы систему холодной войны, специалисты характеризовали бы как этап международной безопасности «после окончания Второй мировой войны».
Мы еще находимся в поиске ответа на главный вопрос: «Какие закономерности приходят на смену тем, которые действовали в этой области на предыдущем этапе?»
Чтобы выявить новое качество пространства безопасности мирового сообщества, необходим комплексный анализ генезиса сегодняшнего состояния Большой Евразии, прорисовка его «большой картины», масштабных и долгосрочных процессов, узловых проблем, областей совпадения и конфликтности интересов, набора и поведения основных действующих лиц.
Выявление тех или иных особенностей сегодняшнего пространства безопасности мира в значительной степени определяется мировоззренческими подходами исследователей. Последние по-разному видят новое качество политического, экономического, идеологического и других пространств сегодняшнего мирового взаимодействия, состояние которых непосредственно влияет на изменение пространства безопасности", - резюмировал политолог.

Похожие новости: