Айдай Шайдылдаева: ЕАЭС воспринимается мировой экономикой как «конкурентоспособная» региональная цепочка экономической интеграции

14:06 24-05-2018

23 мая прошла дискуссия на тему: «Большое Евразийское партнерство: сопряжение ЕАЭС с проектом «Один пояс – один путь».
В мероприятии приняли участие известные политологи, экономисты, представители государственных органов, а также ученые и молодежные лидеры столицы.
Аспирант Дипломатической Академии МИД РФ Айдай Шайдылдаева в своем выступлении сделала упор на то, что по своей сути и по географическому потенциалу, ЕАЭС – самое крупное межгосударственное образование в мире.

Айдай Шайдылдаева: ЕАЭС воспринимается мировой экономикой как «конкурентоспособная» региональная цепочка экономической интеграции"В современном понятии Евразийский экономический союз (ЕАЭС) воспринимается мировой экономикой как «конкурентоспособная» региональная цепочка экономической интеграции, образованный в 2014 году в регионе постсоветского пространства. Однако полностью конкурентоспособным и самодостаточным объединением ЕАЭС, производящий всего 3,66% мирового ВВП ,нельзя считать, так как с такими показателями ЕАЭС пока еще достаточно не способно встроиться в мировую экономическую систему. Хотя стоить отметить, что, по своей сути и по географическому потенциалу, ЕАЭС – самое крупное межгосударственное образование в мире. Его территория занимает 20 млн. кв² или 15% мировой суши. Учитывая такие данные, однозначно можно сказать, что члены ЕАЭС могут реализовать свой экономический потенциал и потенциал хозяйственных связей внутри региона, и стать достойным игроком мирового рынка. Высокая позиция на мировом рынке возможна только в том случае, если интеграционные блоки создаются не в целях противостояния и изоляции, а в интересах взаимовыгодных кооперационных связей в рамках ЕАЭС в современных условиях глобализации. Становится очевидным, что инициативы руководств членов ЕАЭС не являются достаточными для плодотворного развития интеграции,и в данном случае появляется понятие важности синхронной кооперации всех стран участниц и взаимодействие со странами-партнерами ЕАЭС, а именно влияющие на трансформацию внешнеторгового характера, направленные на диверсификацию экспортного потенциала и развитию международного разделения труда, оптимизацию использования прямых и заемных инвестиций, снятие и балансировка таможенных барьеров, что в конечном счете ориентировано на повышение региональной конкурентоспособности.

Одним из эффективных на практике решений для развития и устойчивости регионального объединения на мировом рынке является торгово-экономическое взаимодействие с третьими странами. Так, 17 мая 2018 года было подписано Соглашение о торгово-экономическом сотрудничестве между Евразийским экономическим союзом (ЕАЭС) и Китайской Народной Республикой (КНР) в рамках Астанинского экономического форума, где были также обсуждены нагревшие вопросы по проекту «Один пояс-один путь». Несмотря на достаточно полное изложение официальной позиции Пекина, многие аналитики интересовались, почему Китай готов идти на такие колоссальные расходы ввиду масштабности проекта. Приводились аргументы о том, что в основе китайской стратегии реализации ЭПШП (Экономический пояс Шелкового Пути) лежат долговременные планы создать в регионе соседних государств новую базу индустриального роста для КНР как геополитической державы, учитывая, что США и другие страны стали выводит из Китая свои производственные мощности в третьи страны в последние 2 года.

Из официальной доктрины (Концепция и план действий по продвижению совместного создания «Экономического пояса Шелкового пути» и «Морского Шелкового пути XXI века») следует, что одна из ключевых целей «Одного Пояса – Одного Пути» является создание транспортную инфраструктуру для доставки товаров в Европу. КНР планирует использовать свой проект в качестве инструмента для привлечения инвестиций и приложения капитала в энергетику, сырьевые отрасли, сферу услуг, обрабатывающую промышленность, телекоммуникации и недвижимость стран ЕАЭС. Интеграция ЕАЭС с полуторамиллиардным рынком Китая означает возможность рыночной окупаемости целой номенклатуры высокотехнологичных изделий, соответственно, внедрение и производство может реализовываться в Китае, а генерироваться в странах ЕАЭС.
Очевидно, реализация данного проекта будет испытывать ряд проблем. Так, одной из больших проблем является очень долгий срок реализации проекта, который планируется завершить к 2049 году. Вполне вероятно, что за этот срок может измениться геополитическая ситуация в мире, а китайский рынок может «лопнуть». Но прежде всего Китаю стоит учитывать интересы и разницу экономического потенциала стран-членов ЕАЭС, так как между ними могут возникнуть споры за роль «любимчиков» китайских инвестиций. Так, активно рассматривается вопрос определения страны из стран ЕАЭС и ее назначения как транзитно-транспортного хаба из КНР в ЕС. Вполне вероятно, что Кыргызстан, как и Казахстанмогут стать таким экономически-выгодным и географически-интересным коридором для Китая. Не секрет, что все страны ЕАЭС заинтересованы в инвестициях в свои крупные инфраструктурные и энергетические проекты со стороны Китая. Вопрос состоит лишь в поиске взаимно приемлемых условий для инвестиций.Поэтому странам необходимо координировать распределение инвестиций, ведь развитие трансрегиональных инфраструктурных связей способствует увеличению экономического роста стран ЕАЭС".

Похожие новости: