Олег Панкратов: Три года в ЕАЭС. Что получил Кыргызстан от членства в союзе

11:50 24-08-2018

Олег Панкратов: Три года в ЕАЭС. Что получил Кыргызстан от членства в союзе 12 августа исполнилось ровно три года с того момента, как Кыргызстан стал полноправным членом Евразийского экономического союза (ЕАЭС). Путь был долгим и тернистым. Но в итоге завершился полным открытием таможенных границ между Кыргызстаном и Казахстаном. О том, почему решение было правильным и кто на самом деле получил бонусы от ЕАЭС.



— Когда Кыргызстан вступал в союз, было много разных вариантов развития событий. Какой сценарий в итоге оправдался?


— Тогда было три сценария развития событий — негативный, реальный и позитивный. Сравнение этих сценариев с сегодняшними реальными экономическими данными показывает, что в итоге реализовался самый позитивный вариант.

— Что хорошего принес ЕАЭС?

— На сегодня у Кыргызстана абсолютно свободный коридор для экспорта товаров в страны ЕАЭС. Да, есть административные сложности. Это связано с необходимостью дополнительного подтверждения безопасности мясной и молочной продукции, которая подлежит ветеринарному контролю. Все остальные могут продавать продукцию беспрепятственно.

— Многие критики говорят, что, кроме улучшения положения мигрантов, ЕАЭС не принес Кыргызстану никаких плюсов.

— Это не так. Присоединение нашей страны к ЕАЭС, помимо улучшения положения трудовых мигрантов, привело к созданию спроса на кыргызскую продукцию. Проблема не в том, что мы не получили эффекта. Мы его получили даже больше, чем хотелось бы. Но потенциал роста экономики не позволяет нам полностью закрывать спрос на товары.

Проще говоря, российские предприниматели приезжают в Кыргызстан и готовы покупать большие партии продукции, но наши производители не могут поставить такой объем товаров. У них нет возможности сегодня без кооперации, без применения прогрессивных технологий производства продукции такие объемы давать.

— А что делает правительство, чтобы изменить ситуацию?

— Сейчас мы совместно с Министерством сельского хозяйства работаем над тем, чтобы стимулировать фермеров переходить на кооперацию, на новые формы ведения хозяйства. Если касаться, например, налогов, то в Жогорку Кенеш поступил законопроект, который принят во втором чтении. Он упрощает деятельность сельскохозяйственных кооперативов, машинно-тракторных станций. Это делается для того, чтобы платить налоги, будучи участником кооператива, было так же выгодно, как и простому фермеру. Простой фермер сегодня платит налогов минимум, а в кооператив не хочет идти потому, что там более сложное налогообложение, платить приходится больше.

Фактически мы хотим выровнять налогообложение этих субъектов, чтобы крестьянам было выгодно объединяться и производить тот объем продукции, который нужен рынку.

— Помнится, три года назад речь шла совсем не о фермерах, а об изменении структуры экономики. Но результатов не видно.

— Экономика не меняется в течение одной-двух недель, месяцев и даже лет. Это процесс достаточно длительный. Нужно смотреть в среднесрочной перспективе. Но эффекты, которые мы ожидали, происходят. Это доказывает, что решение о вступлении в ЕАЭС было верным. Несмотря на большое число критиков, которые пугали ростом цены и другими негативными последствиями, их прогнозы оказались несостоятельными. Число людей, которые поддерживают ЕАЭС, фактически не уменьшилось за эти три года.

— Честно говоря, складывается впечатление, что не получили ничего. Было много красивых слов, а сейчас предлагают еще года 2-3 подождать, а потом все изменится.

— Это другая сторона медали. Когда власти противостояли критикам, то, возможно, создали слишком завышенные ожидания общества и бизнеса. Было мнение, что, как только Кыргызстан вступит в ЕАЭС, все случится само собой. Ничего делать не придется, и деньги потекут рекой. И именно эти завышенные ожидания привели к тому, что люди не увидели каких-то сверхъестественных изменений. Но их и не должно было быть. Может быть, это результат неправильной разъяснительной работы.

— А как тогда должна была измениться ситуация в стране?

— Те регуляторные механизмы, которые поменяли, не могут резко изменить экономику. Они дали возможность планомерно изменять ее, уходить от реэкспорта, стимулировать создание рабочих мест в сфере производства. Этот процесс потихоньку идет. Российско-Кыргызский фонд развития работает, предприятия кредитуются, новые производства открываются, старые расширяются. Это то, ради чего все и делалось. В целом эффект абсолютно тот, на который рассчитывали. Если бы мы не обсуждали этот вопрос, а просто присоединились к ЕАЭС, то никто бы ничего не заметил.

— То есть все хорошо и никаких проблем?

— Есть, конечно, недоработки, в том числе и правительства, бизнеса. Но опять же сыграли роль завышенные надежды, что все само собой случится, что не надо конкурировать, кроме нас, никого на этом рынке нет, и все только сидят и ждут, когда мы придем на этот рынок. Это тоже не совсем так. Любой рынок — это то место, где нужно локтями толкаться и убирать конкурентов и предлагать свой более качественный и дешевый продукт.

Наш бизнес сейчас начинает понимать это. Но с точки зрения регуляторной политики этот рынок открыт. Им хотя бы можно туда зайти и на равных толкаться локтями. Насколько они смогут это сделать, это уже их часть ответственности.

Источник: http://eurasian-studies.org/archives/9796

Похожие новости: