Денис Бердаков: Страны Центральной Азии от политических обид перешли к реализации взаимовыгодных экономических стратегий

08:35 31-01-2019

Центральная Азия как политический регион включает в себя 5 стран - Казахстан, Кыргызстан, Узбекистан, Таджикистан и Туркменистан. Несмотря на то, что государства идут по разным путям развития, их по-прежнему объединяет не только географическое положение, а также культурная и языковая близость, но и общая история. С экономической точки зрения, страны в разной степени открыты для международной и региональной торговли, перемещения труда и капитала, прочих форм сотрудничества и кооперации. О возможностях и барьерах для стабильного развития региона мы побеседовали с политологом, заместителем директора филиала Фонда «Евразийцы – новая волна» в Кыргызстане Денисом Бердаковым.

- Денис Михайлович, анализируя процессы, происходящие в центральноазиатском регионе, какие тенденции (преимущественно экономические) сегодня можно выделить?

Денис Бердаков: Страны Центральной Азии от политических обид перешли к реализации взаимовыгодных экономических стратегий«В Центральной Азии, согласно данным за 2017 год, насчитывается около 71,3 млн человек с общим ВВП 265,2 млрд долларов США. Безусловным лидером по численности населения является Узбекистан – в стране проживает более 45% населения региона. Первое место по размерам экономики, как и территории, занимает Казахстан, где производится около 60% регионального ВВП. Природные ресурсы в Центральной Азии также распределены неравномерно. Казахстан и Туркменистан обладают богатыми запасами энергоресурсов, в то же время Кыргызстан и Таджикистан ощущают острый дефицит нефти и газа.

Давайте рассмотрим экономические показатели стран Центральной Азии более детально.
Итак, в Казахстане ключевыми отраслями являются промышленность, сельское хозяйство, строительство, торговля, транспорт и связь. Структура экспорта остается достаточно устойчивой и не претерпевает серьезных изменений. Республика экспортирует более 800 товарных позиций в 123 страны мира. Это и минеральные продукты – нефть, нефтепродукты, газы нефтяные и углеводороды, металлы и изделия из них, а также продукты химической и связанной с ней отраслей промышленности.
Кыргызстан.Основные отрасли экономики в КР - сельское хозяйство, услуги, легкая промышленность, строительство, торговля, туризм.Рост ВВП по итогам 2018 года в республике составил 3,2%. По информации Национального статистического комитета Кыргызстана, наибольшая доля в структуре ВВП за первое полугодие 2018 года пришлась на отрасли, оказывающие услуги - 47% от общего объема. Доля сельского хозяйства составила 10,2%, строительства - 6,4%. Важно отметить, что большую роль для экономики страны играют переводы трудовых мигрантов. За 2018 год кыргызстанцы, трудящиеся за рубежом, перечислили на Родину около 2 млрд долларов, в 2017 году эта цифра превысила 2,4 миллиарда. Порядка 95% поступающих средств составляют переводы из России.

Таджикистан. Главным экспортным производителем страны является Таджикский алюминиевый завод. Предприятие обеспечивает до 75% всех валютных поступлений в бюджет страны. В 2018 году республика сумела нарастить экспорт электрической энергии. Треть от всей произведенной в РТ электроэнергии сейчас экспортируется в Узбекистан и Афганистан.
Узбекистан. Наиболее диверсифицированной в Центральной Азии является экономика Узбекистана. Республика производит и экспортирует (в более чем 100 стран мира) широкий ассортимент готовой текстильной продукции от чулочно-носочных изделий до верхней одежды и спецодежды. Хорошие перспективы открываются по поставкам кабельно-проводниковой продукции и электротехники. Динамично развиваются производственные мощности по выпуску электробытовой продукции. На сегодняшний день в Узбекистане выпускаются и успешно экспортируются смартфоны, планшеты, LED и LCD-телевизоры, холодильники, системы кондиционирования, микроволновые печи и другие предметы бытовой техники. Помимо этого, Узбекистан остается единственным производителем в полном цикле легковых автомобилей и коммерческой техники на территории Центральной Азии. Годовая мощность производства легковых автомобилей составляет более 300 тысяч единиц».

- А если говорить о Центральной Азии как о едином макрорегионе?

«Нужно четко понимать, что Центральная Азия изначально не была единым политическим или экономическим регионом. Население ЦА никогда не имело общую наднациональную политическую идентичность. Мы соседи, но общие границы, кухня и взаимосвязанное инфраструктурное наследие – то немногое, что объединяет наши страны.
В советское время в Центральной Азии не было единого производства (в силу системы разделения труда), редким исключением являлись примеры законченных производственных цепочек (от получения стали до выпуска комбайна, к примеру). Поэтому распад Советского союза и привел к тому, что регион был вынужден откатиться назад до уровня агропредприятий, а также сильно утратил в тяжелых промышленностях. Где-то удалось сохранить остатки легкой промышленности. Часть предприятий разветвленного военно-промышленного комплекса СССР была утеряна навсегда.

Регион экономический, который мы имеем сегодня, базируется в основном на приграничной торговле. Однако с открытием Узбекистана – страны имеющей крупнейшие диаспоры во всех государствах Центральной Азии, включая даже Туркменистан, и имеющей выход на Афганистан, ситуация поменялась кардинально. Процессы экономической интеграции и регионального политического диалога стали значительно ускоряться. На данном этапе мы видим проект «Открытое небо» в Кыргызстане, принятый в начале 2019 года, к 2020-2021 году завершится строительство большого аэропорта в Узбекистане, сюда же относится отмена НДС для некоторых предприятий в Таджикистане, а также создание центральноазиатского шенгена. Через политику открытости РУз удалось запустить процесс здоровой конкуренции. Понимая, что риск оказаться на обочине внутрирегионального (не говоря уже о мировом) экономического прогресса резко вырос, страны региона от политических обид перешли к реализации взаимовыгодных экономических стратегий».

-Что, на ваш взгляд, мешает устойчивому развитию региона?Какие на сегодняшний день существуют барьеры и как их преодолеть?

«Большим препятствием для развития региона является плачевная ситуация в Афганистане, нестабильность в котором мешает реализации важных инфраструктурных проектов. По последним данным, Кабульское правительство контролирует уже меньше половины территории страны, в сельской и горной местности господствует Талибан.
Говоря о самих проектах, важно отметить, что Центральной Азии нужны серьезные транспортно-логистические мощности. Географическая особенность региона накладывает ограничения на создание транспортных коридоров и грузоперевозок. Так, не имея естественного выхода к морю, три из пяти стран для перевозки грузов пользуются, главным образом, наземными транспортными маршрутами. Железнодорожные перевозки являются оптимальными по соотношению цены и скорости доставки. Однако по ряду политических и экономических причин железнодорожная инфраструктура в регионе развивается весьма неровно. (К тому же, в СССР многие транспортные коридоры, в том числе железнодорожные, строились по типу «Центр-Периферия», регион транспортно оказался связан не сильно.) Как итог, мы видим, что сегодня у крупнейшей транзитной страны региона – Казахстана, одним из самых динамично развивающихся видов транспорта является именно железнодорожный. А у граничащего с ним Кыргызстана с момента распада СССР строительство железных дорог полностью прекратилось. Сейчас львиная доля грузоперевозок по территории страны осуществляется автомобильным транспортом.

Регион, помимо транспортно-логистических, нуждается и в энергетических проектах. Ряд стран испытывает серьезный недостаток не только газа или нефти, но и электроэнергии. А это накладывает трудности даже для развития легкой промышленности. Для устранения существующей проблемы можно попытаться восстановить единое энергокольцо, существовавшее при Советском Союзе. Центрально-Азиатская Энергетическая система СССР помогала избежать дефицита электроэнергии, балансируя нагрузку генерирующих мощностей региона. Также она способствовала снижению стоимости электроэнергии за счет использования географических и геологических особенностей каждой страны. Это гидроэлектростанции (ГЭС) в Кыргызстане и Таджикистане, тепловые электростанции (ТЭС), работающие на газе, в Узбекистане и Туркменистане или на твердом топливе, как в Казахстане. После распада СССР система какое-то время работала отчасти по инерции, а отчасти потому, что не имела альтернатив. Когда они появились, энергокольцо распалось. Сначала отделилась энергосистема Казахстана, позже ее последовательно покинули Туркменистан в 2003 году, а затем и Узбекистан в 2009 году.
Проблема нехватки электроэнергии в регионе далека от решения. Однако страны постепенно приходят к пониманию о необходимости реабилитации единого энергетического пространства и рынка в Центральной Азии. Для реализации этого масштабного проекта, в идеале гарантирующего энергетическую безопасность стран региона, необходимо решить несколько задач: это создание генерирующих мощностей и реабилитация (строительство) имеющейся инфраструктуры энергосетей. Сейчас только Казахстан и Туркменистан имеют излишки электроэнергии, остальные страны испытывают периодический или устойчивый дефицит.
На данном этапе у каждой из стран есть своя программа развития энергетического сектора. Ведущие страны региона, имея собственные средства на реализацию новых проектов или модернизацию старых, предпочитают создавать запас прочности с тем, чтобы не просто покрыть собственные растущие потребности, но и выйти на рынок экспортеров энергоресурсов.
Узбекистан находится за полшага до начала строительства атомной электростанции. Сейчас ведутся переговоры с основным партнером проекта –российской корпорацией «Росатом». Ввод в эксплуатацию двух энергоблоков намечен на 2028 год. Планируемая суммарная мощность - 2400 МВт, ее хватит для снабжения Андижанской, Наманганской и Ферганской областей, являющихся энергодефицитными в Узбекистане. Несмотря на ожидаемый рост энергопотребления в 15,5% в 2020 году, сохраняется серьезная вероятность того, что Ташкент по завершению проекта превратится в поставщика энергии на общий рынок. Казахстан пока не может трансформироваться в энергетический центр Центральной Азии – не позволяет состояние инфраструктуры. Хотя о планах построить в стране АЭС к 2020 году заявлялось еще в 2010 году.
Таджикистан в ноябре 2018 года запустил первый из шести запланированных агрегатов Рогунской ГЭС. Суммарная выработка ГЭС должна составить свыше 17 млрд кВт/ч. Однако, исходя из истории реализации этого проекта и дефицита средств, сроки реализации проекта могут быть сорваны. Есть вероятность, что в ближайшее время страна не преодолеет энергетический кризис. На текущем этапе выработка электроэнергии на Рогунской ГЭС покрывает потребности растущего населения и может удовлетворить нужды имеющихся промышленных объектов, но не способна обеспечить круглогодичные экспортные поставки.
Мероприятия по строительству генерирующих мощностей в Кыргызстане – возведению Камбаратинской ГЭС и каскада ГЭС на реке Нарын, заморожены. Самыми активными событиями вокруг станций являются судебные разбирательства между Бишкеком и несостоявшимся инвестором – российской компанией «РусГидро». Сроки возобновления работ на объекте пока не озвучиваются. В планах на ближайшие пять лет значится ввод в эксплуатацию комплекса малых ГЭС для обеспечения внутренних потребностей страны.
Туркменистан, согласно «Концепции развития электроэнергетической отрасли на 2013-2020 годы», строит 14 новых газотурбинных электростанций и модернизирует уже существующие мощности.
Говоря об альтернативных источниках энергии, добавлю, что в Узбекистане, к примеру, еще в 2013 году было запущено производство солнечных панелей. Потенциал солнечной энергии в стране, по оценкам экспертов, составляет около 51 млрд тонн нефтяного эквивалента.

Препятствием на пути торгово-экономического развития региона является взаимное недоверие, выражающееся в ужесточенном пограничном контроле. В этом вопросе важна не только согласованность стран, но и их сосредоточенность на экспортных отраслях, способных обеспечивать весь регион. Так, например, Узбекистан, который силен в переработке хлопка, при координации с Кыргызстаном может в больших объемах экспортировать продукцию в Россию и на восточноевропейский рынок. Кыргызские швейники наработали там хорошие связи, схемы, у них есть знания о необходимых объемах, размерах и стандартах. Помимо этого, в КР два года успешно функционирует текстильный завод. Таджикистан за последние 3-4 года сумел восстановить и сильно развить чулочно-носочные, шерстяные мощности. Таким образом, Узбекистан, Кыргызстан и Таджикистан начинают создавать кластер. Осталось доработать моменты, связанные с фурнитурой, усилить маркетинговые вещи и выходить единым фронтом на крупные рынки.
Такая же ситуация и в пищевой промышленности. Сегодня значительную часть фруктов Кыргызстана покупают таджикские бизнесмены, сушат и более крупным оптом продают в Россию и Казахстан. Создание единого агрохолдинга в регионе (с такой инициативой выступает РУз) позволит укрупнить производство, добиться более высоких стандартов качества упаковки, маркировки и тратить значительные средства на маркетинг. Нужно пользоваться возможностями. Можно экспортировать большие объемы овощей и фруктов в Китай через Кыргызстан. Дело в том, что КР – единственная страна в Центральной Азии, имеющая соглашение о «зеленом коридоре» с Поднебесной. Республика не может воспользоваться этой возможностью, поскольку не располагает нужным товарным объемом, а также финансовыми средствами для маркетинга на очень специфичном китайском рынке. Сотрудничество, к примеру, с узбекскими бизнесменами позволило бы создать единый рынок и под маркой Кыргызстана отправлять овощи и фрукты в КНР или 180-миллионный рынок ЕАЭС. Ведь в Узбекистане на сегодняшний день сотнями гектаров высаживаются яблоки и черешня, причем более единообразно и систематизировано.
К слову о преференциях, в начале 2016 года Кыргызстан получил от Евросоюза статус ВСП+, который дает право кыргызским производителям экспортировать в Европу по нулевым тарифным ставкам порядка 6,5 тысяч товарных позиций. Таким образом, для региона открывается выход и на многомиллионный европейский рынок».

- Вы отметили, что регион нуждается в инфраструктурных проектах, прежде всего – в энергетических и транспортных. Какие именно проекты современности, на ваш взгляд, принесут доходы всем странам Центральной Азии и способствуют дальнейшей экономической интеграции?

«Одним из наиболее перспективных можно считать проект CASA-1000, предусматривающий экспорт электроэнергии из Кыргызстана и Таджикистана в соседние Афганистан и Пакистан (с перспективой экспорта в Индию). Реализация проекта стоит около 1 миллиарда долларов США. Строить планируется на кредитные средства Всемирного банка, Европейского инвестиционного банка и Исламского банка развития. Ряд крупных мировых банков уже отказался от финансирования, видя в нём слишком большие риски.
В сентябре 2018 года в Алма-Ате прошло очередное заседание совместной рабочей группы и Межправительственного совета по реализации CASA-1000. Поскольку все предварительные условия были выполнены, участники встречи договорились о вступлении в силу действия Генерального соглашения.
Как указано на официальном сайте проекта, для его реализации необходимо построить:
- ЛЭП мощностью 500 кВ от подстанции «Датка» до «Сугд-500» (477 км);
- Конвертерную подстанцию пропускной способностью 1300 мВт в Сангтуде;
- Высоковольтную ЛЭП постоянного тока протяжённостью 750 км от Сангтуды до Новшеры;
- Конвертерную подстанцию пропускной способностью 1300 мВт в Новшере.

Сейчас для полноценной реализации намеченных планов не хватает только двух вещей – гарантии финансирования и безопасного коридора по территории Афганистана. Успешный исход позволит наполнить дефицитные бюджеты Кыргызстана и Таджикистана валютной выручкой от продажи электроэнергии.
Стоит отметить, что в реализации данного проекта больше всего заинтересован Таджикистан, который частично завершил свою «стройку века» и запустил первый агрегат Рогунской гидроэлектростанции. Рогун строился как раз с перспективой экспорта электричества за границу – только так дорогостоящая ГЭС сможет себя окупить.
У ГЭС в Центральной Азии есть один большой недостаток – это маловодный период, в основном зимой, который приводит к нестабильным поставкам. В будущем эту проблему, опять же частично, может решить Узбекистан, который достиг договорённости с Россией о строительстве атомной электростанции. Теоретически (ряд экспертов питает сомнения, что данный проект будет окончен) поставки с АЭС могут компенсировать выпадающие сезонные мощности с таджикских и кыргызских ГЭС. После прихода к власти Шавката Мирзиёева официальный Ташкент демонстрирует заинтересованность в развитии региональных проектов и готов в них участвовать. Поэтому переговоры в этом направлении довольно перспективны.

Железнодорожная магистраль «Китай-Кыргызстан-Узбекистан».
Больше тысячи лет через Центральную Азию проходил Великий шёлковый путь, который пришел упадок с развитием морской торговли. И только сейчас появились предпосылки к его возрождению.
Переговоры о строительстве железной дороги из Китая в Кыргызстан, Узбекистан и далее в другие страны ведутся уже более двадцати лет. Китай стремится диверсифицировать маршруты экспорта своих товаров, так как большая часть экспорта осуществляется морским путём, который потенциально уязвим из-за возможного конфликта с США и другими морскими державами.
В 2002 году китайская сторона разработала технико-экономическое обоснование проекта, был определён предполагаемый маршрут железной дороги. Проект предусматривает строительство десятков мостов и тоннелей. Протяженность маршрута по КР составит 268 километров, причем кыргызстанский участок из-за горного рельефа считается самым сложным. Стоимость же оценивается в 2 миллиарда долларов – это огромная сумма для Бишкека.
Для экспортно-ориентированной китайской экономики крайне важно сохранить торговые отношения со странами Ближнего Востока и Европы. Но строительство железной дороги зависит от размера колеи (узкой или широкой) и гарантий финансирования. Пекин готов полностью профинансировать весь проект, но вкладывать намерен не как инвестор, а как кредитор, требуя гарантий возврата вложенных средств или концессий на месторождения, что сразу же вызвало возмущение населения Кыргызстана.
В случае реализации проекта, новая железная дорога сможет открыть для стран Центральной Азии новые рынки в направлении Ирана, Турции и Южной Европы. Индустриально заново развивающаяся узбекская экономика получит новый импульс для развития производства, что может локомотивом потянуть за собой и другие страны».

- Осенью 2018 года по завершению индийско-российского бизнес-саммитта, который прошел в Дели на уровне глав государств, многие СМИ писали, что Индия, Россия и Китай все активнее скрещивают свои интересы в государствах Центральной Азии. На каком этапе сейчас находится сотрудничество с каждой из указанных стран?

Центральная Азия и Китай
«Пекин активно и довольно успешно продвигает концепцию «Один пояс – Один путь» в Центральной Азии. Для КНР это необходимая мера по выстраиванию альтернативных транспортных коридоров, которые в будущем дополнят маршруты Морского Шелкового пути.
Таким образом, Китай обеспечивает себе доступ на крупнейшие рынки континента: рынок Европейского союза, Персидского залива и так далее.
Прекрасно понимая, что у некоторых стран Центральной Азии, таких как Кыргызстан и Таджикистан, нет средств даже на свои собственные проекты, Китай постепенно решает и эту проблему. Инвестируя в инфраструктуру и активно добывая полезные ископаемые КНР, с одной стороны, обеспечивает себе необходимый приток сырья и энергии, а с другой – обеспечивает себе занятость.
Подобная долгосрочная стратегия опасна для стран со слабой экономикой и выгодна для промышленных гигантов. Растущая финансовая зависимость соседей делает первых более сговорчивыми при согласовании нужных Пекину проектов. Спорных или замороженных инициатив на сегодняшний день не так уж и много. Это четвертая ветка газопровода «Центральная Азия - Китай», которая, предположительно, должна пройти по территории Кыргызстана и Таджикистана. И железная дорога, которая соединит уже проложенные магистрали на территории Узбекистана и Китая через Кыргызстан. Против этого проекта выступают Москва и Астана. У стран есть на это свои причины геополитического, экономического и военного характера.

Центральная Азия и Россия
Россия была и остается для Центральной Азии ключевым партнером. Две из пяти стран региона – Казахстан и Кыргызстан, входят в Евразийский экономический союз. Это объединение, которое изначально подразумевало создание собственного рынка с целью защиты своих экономик от растущих амбиций Китая.
Таджикистан в ЕАЭС не входит, но, тем не менее, экономически очень серьезно зависит от Москвы. Дело в том, что часть таджикистанцев находится на заработках в России и, перечисляя на родину деньги, поддерживает экономику страны на плаву.
Узбекистан тоже не входит в ЕАЭС, однако Россия остается одним из основных торговых партнеров Ташкента. Переживая политику открытости и стремление либерализовать свою экономику, Узбекистан стремится сблизиться с Москвой.

Центральная Азия и Индия
В последние годы начинается активизация Индии в регионе. Начало 2019 года ознаменовано первым заседанием Диалога «Индия - Центральная Азия». Заседание прошло на уровне министров иностранных дел Индии и стран Центральной Азии. В рамках мероприятия стороны обсудили вопросы экономического, культурно-гуманитарного сотрудничества, а также рассмотрели широкий спектр вопросов по Афганистану (в частности, речь шла о содействии государству в экономическом развитии).
Индия – это огромная экономика, причем очень парадоксальная. В среднем потребительский рынок страны гораздо беднее китайского. Однако он не перестает от того быть интересным, поскольку в Индии достаточно качественный и дешевый рынок фармацевтики. Есть много совместных потенциальных проектов, которые могут заработать в ближайшее время. Причем от взаимодействия с Индией могут выиграть не только Казахстан или Узбекистан, а весь регион».

- В перспективе возможна ли политическая интеграция Центральной Азии?

«Некоторые исследователи часто говорят о возможном объединении. Но Центральная Азия – это политически пестрый, многонациональный и многоукладный регион, страны которого имеют друг к другу большое количество территориальных и водных и претензий. Если оглянуться назад, то регион оказывался единым только силами третьей стороны. Поэтому о политической интеграции уровня Европейского союза или СССР говорить не приходиться. Здесь имеет смысл здоровая политика национальных элит, нацеленная на повышение качества жизни населения путем развития регионального сотрудничества».

- Спасибо Вам большое за содержательную и интересную беседу!


Пресс-служба Фонда "Евразийцы - новая волна"

Похожие новости: