Информационный ресурс "Евразийцы — новая волна"

Глава МФКК: мигранты на границе с Польшей действительно страдают

Дата: 2021-12-07  ǀ  Категория: мира

  Президент Международной федерации обществ Красного Креста и Красного Полумесяца (МФКК) Франческо Рокка рассказал в интервью ТАСС о встрече с российским лидером Владимиром Путиным, планах сделать русский язык одним из рабочих в федерации, а также прокомментировал острую проблему миграции.

 В воскресенье вы провели видеоконференцию с президентом России Владимиром Путиным. Как прошла встреча? Какие темы обсуждались?

— Это была очень хорошая встреча, очень благоприятная для нас. Мы обсудили некоторые вопросы, которые для нас являются поводом для беспокойства. Было интересно услышать взгляд и позицию президента по этим темам. В первую очередь мы, конечно, обсудили проблемы пандемии и проблему равного доступа к вакцинам и вакцинации. Для нас это очень важно. Мы предоставили ему информацию по текущему состоянию диалога, который мы ведем с российскими профильными властями по вакцине "Спутник V", потому что ранее мы запрашивали вакцины для их использования в странах, где по-прежнему сохраняется низкий уровень вакцинации населения или вакцин нет вовсе. 

Кроме того, мы обсудили проблему мигрантов на границе Белоруссии и Польши. Я информировал его об итогах моего визита в Белоруссию и встреч с властями республики, рассказал о той роли, которую играет Белорусский Красный Крест в оказании помощи мигрантам.

Одной из целей моего визита также было продвижение деятельности Российского Красного Креста (РКК) и обсуждение национального закона о деятельности организации. Мы знаем, что власти работают над этим, и мы надеемся отметить принятие нового закона вместе с Новым годом. Вместе с этим в беседе с президентом Путиным я выразил удовлетворение работой нового руководителя РКК Павла Савчука, который демонстрирует энергичный подход и приверженность своей работе. Кроме того, я рассказал президенту о необходимости перевести на русский официальные документы МФКК, в том числе с той целью, чтобы русский стал одним из языков федерации. И это касается не только России, но и 300 млн людей, говорящих на русском. Это для нас очень важно. 

 Вы упомянули, что одной из центральных тем беседы были проблемы пандемии и вакцинации. Ранее федерация запрашивала "Спутник V" у России для его распространения там, где доступа к вакцинам фактически нет. Как ведется диалог по этому вопросу? Обозначены ли какие-то сроки?

— Мы не знаем этого: одобрение вакцины находится на стадии оценки определенными органами, которые работают над этим. Но понимание того, что Путин держит ситуацию на контроле, — это важный знак, способствующий ускорению процесса по обеспечению доступа к вакцине. 

— Как бы вы оценили ситуацию с признанием вакцин и сертификатов о вакцинации в мире? Влияет ли это на гуманитарную миссию, которую выполняет ваша организация и ее члены? 

— Проблема заключается в том, что более 50 стран используют "Спутник V" и признали его. Единственное, чего нет на данный момент, — это признание со стороны ВОЗ. Это влияет на возможность путешествовать для вакцинированных "Спутником V", так как вакцина не признана в других странах. Мы надеемся, что в нашей работе мы тоже сможем помочь облегчению и ускорению этого процесса, но полномочия все-таки не наши — только ВОЗ решает это.

 Но мешает ли эта ситуация вашей работе?

— Чем больше вакцин существует, тем лучше для нас. Существует проблема, связанная со скоростью оценки и признания профильными органами разных стран. Это повод для беспокойства для нас, и мы надеемся, что эти вакцины пройдут оценку специалистами ВОЗ. 

 Еще один вопрос по вакцинации. Как вы знаете, в мире по-прежнему очень много людей, которые выступают против вакцинации. Что бы вы им сказали?

— Они должны следовать советам, которые дает научное сообщество. Сейчас не время для шуток, это вопрос жизни и смерти. Надо избегать различных сайтов в интернете, которые распространяют фейковые новости о вакцинах. Мы должны доверять научному сообществу и следовать его инструкциям не только во время пандемии COVID-19, но и во время других пандемий. Насколько вы помните, во время кризиса Эболы 2014–2015 годов у нас было много фейковых новостей об этом заболевании. Самое важное — доверие, потому что иначе это может разделить наше общество еще больше. Мы живем в слишком поляризованном мире, поэтому давайте избегать других причин, которые будут раскалывать и разобщать наш мир.

 Вы упомянули, что обсуждали ситуацию на белорусско-польской границе с президентом Путиным. Как МФКК оценивает текущую ситуацию? Как может быть решена эта проблема

— Проблему можно разрешить только путем диалога, избегая политизации ситуации с мигрантами. Мы разделяем одно общее видение. Но когда речь заходит о мигрантах, это касается не только Белоруссии и Польши, но и Италии, Великобритании, Франции, Турции и Греции. Я думаю, что только гуманитарные усилия с одной стороны и диалог по деэскалации напряженности с другой могли бы исправить ситуацию в регионе. С моей точки зрения, ситуация трансформировалась в кризис, потому что мы говорим о пяти тысячах мигрантов, а не о сотнях тысяч людей. Так что решение проблемы — это вопрос доброй воли. 

 То есть слово "кризис" будет преувеличением для определения складывающейся ситуации? 

Если посмотреть с точки зрения мигрантов, то это не преувеличение, потому что они действительно страдают

С точки зрения миграционной динамики — в Италии мы приняли 5 тыс. человек за одну неделю. Только за один год мы приняли около 55–60 тыс. человек, прибывших по средиземноморскому маршруту. Мы говорим о других числах. Это то, как вы справляетесь с этими цифрами и избегаете эмоциональной реакции или политизации ситуации. 

— То есть, на ваш взгляд, решение этого кризиса — это вопрос политической воли и вполне решаемый?

— Да. Наша роль заключается в оказании помощи, и Белорусский Красный Крест делает это. Поэтому они оказывают помощь, что чрезвычайно важно. Но это не окончательное решение. Оно всего лишь временное.

 Понимаю. Обсуждали ли вы с президентом Путиным другие региональные кризисы, я имею в виду Афганистан, Карабах… 

— Нет. Вы можете себе представить, что ковид занял подавляющее большинство времени беседы. Мы также обсуждали роль РКК. Похоже, что президент очень хочет, чтобы Российская Федерация участвовала в глобальных гуманитарных акциях, когда дело доходит до Белоруссии или Афганистана, Сирии, Йемена, Сахаро-Сахельской зоны. В мире очень много кризисных ситуаций. Я думаю, что все вместе мы сможем внести изменения с таким значимым партнером, как Россия.

 Вы отметили, что президент Путин высказался в пользу того, чтобы РКК активнее участвовал в разрешении кризисов в мире. Обсуждалась ли тема дополнительного финансирования Россией МФКК или РКК?

— Конечно, мы здесь не просто чтобы просить деньги, но нам, безусловно, нужна поддержка. Чтобы быть более точным, речь шла не об участии Российского Красного Креста в урегулировании кризисов, а о том, что Российский Красный Крест будет больше вовлечен [в работу МФКК]. Наша организация членская, у нас 192 члена. Маленькие страны и очень большие — от Того и Барбадоса до России и США. Чего мы хотим, так это того, чтобы все оказывали поддержку. Потому что вместе мы сильнее. Это то, что я подчеркнул в беседе с президентом Путиным, — насколько мы продвинемся в процессе, в котором Российский Красный Крест будет более активно задействован в структуре, насколько организация станет более эффективной и действенной, как здесь, в России, так и за рубежом.

 Вы упомянули о других кризисах. И я хотела бы спросить ваше мнение о ситуации в Афганистане. Многие эксперты говорят, что там уже почти разгорелся огромный гуманитарный кризис. 

Мы на пороге худшего — трагедии

Если мы хотим вмешиваться, нужна поддержка нашей миссии. Уровень бедности в Афганистане рос и рос даже перед тем, как случился августовский кризис. Засуха, к сожалению, во многих провинциях не заканчивалась. Так что существует важная потребность в международной поддержке, в роли, которую могут сыграть эти акторы в гуманитарной сфере. Это то, что я бы подчеркнул, потому что миллионы людей отчаянно нуждаются в помощи.

 Вы упомянули, что у афганской нации существует недостаток защищенности и все гуманитарные акторы в этой стране нуждаются в поддержке международного сообщества. Что может быть сделано в этом отношении с российской стороны? Обсуждали ли вы это?

— Нет, таких обсуждений не было, но еще раз: в этих деликатных вопросах не важно, заходит ли речь о России или других странах. Важны общие усилия. Потому что у нас общая цель: избежать последствий засухи, избежать последствий пандемии, кризиса. Мы отлично знаем, что, конечно, государства, как Россия или другие важные страны, могут сделать больше остальных в оказании поддержки, и вот почему так важно для Российского Красного Креста поддерживать тесный диалог с правительством, как мы делаем в других странах. Мы обычно работаем именно с членами нашей организации, первым защитником наших усилий в глазах правительства является национальное сообщество. Вот почему мы говорим о важности того, чтобы Российский Красный Крест был заслуживающим доверия собеседником для правительства. И это то, чего нам наконец удалось достичь.

 Пандемия принесла множество проблем для гуманитарных организаций. Вы как представитель одной из таких организаций могли бы оценить, расширилось ли, может быть, волонтерское движение в пандемию? Или проявились еще какие-то тенденции?

— Я считаю, что одной из очень немногих позитивных сторон пандемии является тот факт, что наконец-то правительства на глобальном уровне оценили роль волонтеров. В народе каждой из стран достаточно много великодушия, и в моменты кризиса можно видеть, как это меняет ситуацию. И без волонтеров в России, Италии, Испании, в Гватемале — везде мы не смогли бы добраться до стольких изолированных людей, потому что даже лучшее правительство, самое квалифицированное и эффективное, не может добраться до каждого уголка своей страны. А волонтеры — могут. Потому что они являются отражением самого общества. Я думаю, что в этом аспекте мы наконец-то видим признание важности роли волонтеров, идущее от правительств, как и важности местных волонтерских движений. Они могут изменить ситуацию. Это главный позитивный аспект и последствие пандемии в гуманитарном разрезе. И, конечно же, вы правы, во многих странах у нас росло число волонтеров, которые хотели присоединиться к нашей организации. 

 Получается, можно сказать, что солидарность стала одним из позитивных аспектов.

— Нет, все-таки именно признание роли волонтеров, хотя их великодушие было признано и до этого. Солидарность — да, но она была и до этого. Во многих случаях, в небольших кризисах, можно было видеть таких людей. Но теперь, во времена локдаунов, изоляции и прочих таких ситуаций, мы увидели, какая это сила — быть вместе и изменять жизни миллионов людей. Допустим, есть кризисная ситуация в здании, где я живу, или в моей квартире. Мы о ней знаем, но кому какое дело. А теперь у нас глобальный кризис — наконец-то политики осознали, насколько важно сохранять это великодушие в людях. Потому что это действительно меняет жизни миллионов. 



Источник материала (части материала): Ссылка на источник

Генеральный секретарь Международного союза электросвязи (МСЭ) Чжао Хоулинь в эксклюзивном интервью

Новый премьер Кыргызстана о планах наладить жизнь в самой неспокойной республике Центральной Азии.

Евразийский экономический союз благополучно пережил пандемию и продолжает динамично развиваться.

26 ноября Минстрой России отчитался о привлечении 5 тыс. мигрантов из Узбекистана для работы на